— Смотрю, ты вполне нормально себя чувствуешь, раз можешь уже читать. Выглядишь прекрасно… отдохнула?
— Спасибо, отдохнула. — Смотреть на него было неприятно и самым оптимальным оказалось рассматривать стену за его спиной. — Я должна тебя поблагодарить за выплату моего долга. Большое спасибо.
— Я должен был это сделать намного раньше, — сделал он ударение на втором слове. — Ты пролежала целый день, а я ничего об этом не знал, пока мне не доложил вечером Жером. Вчера я с самого утра поехал в Совет и заставил их принять эти деньги в обмен на твое обязательство. Больше этот вопрос тебя не будет беспокоить.
— Еще раз спасибо.
Бейрис прошел в гостиную и сел на свободное кресло, запрокинув голову и вытянув ноги. Самый обычный разговор показался мне странным. Чего он хочет? Вроде бы как положено поинтересоваться из вежливости о его здоровье после того обвала, да язык не поворачивается. Спросить, как прошло все в Совете? Как прошел перевод в другой полк и по какой причине? Я вдруг поняла, что не хочу спрашивать его ни о чем, потому что это будет почти дружеская беседа, а пересилить себя и делать вид, что ничего не было, я не могу. Зато могу спросить, по какой причине я нахожусь здесь. И для чего?
— А тебе есть куда идти? — он даже немного удивился поставленному вопросу. — Я таких мест не знаю. Тебе тут плохо? По-моему, ты пришла в себя, немного успокоилась и с тобой можно говорить без опасения, что ты вдруг сорвешься в самый неподходящий момент. То, что я приказал тебя не выпускать из дома, так это для твоего же блага, потом сама спасибо скажешь. Мне тоже некуда было идти, кроме как сюда, а уж то, что тебя тащил Тракер, а не я, так извини, едва стоял на ногах после всего. Мэтр просидел со мной полночи, пока привел в нормальное состояние, а то уж думал все, конец.
Голос у Бейриса был какой-то уставший, как будто он только что закончил тяжелую работу и решил расслабиться в уютном кресле дома. Это он дома, а я…
— Прикажи слугам открыть дверь. Я… благодарю за все, но мне надо уйти.
— Нет. — Райшер как будто собирался с силами, чтобы выдохнуть. — Нам надо поговорить…
— Я не хочу с тобой говорить, — снова перед глазами встали развалины в Арсворте и сапог, бьющий по руке с жестянкой воды, — я не хочу находиться даже с тобой рядом, чем бы это не было вызвано. Не заставляй меня срываться на крик, потому что после всего, что я видела, я не могу говорить спокойно, как ты. Прикажи Жерому открыть дверь, чтобы я ушла отсюда навсегда!
— Госпожа Валерия? — удивление в голосе мажордома, неслышно подошедшего к дверям, превысило все допустимые значения. — Что случилось? Господин Бейрис, простите великодушно, но я ищу вас. К вам посетитель.
— Кто там еще? — мигом подобрался Райшер, пытаясь прочитать на лице Жерома недосказанное. — Я никого не жду. Он точно ко мне… ты не перепутал?
— Никак нет, господин Бейрис. Поначалу он спросил господина Раймона, я сказал, что он во дворце. Потом он спросил, дома ли госпожа Валерия, я ответил утвердительно. Тогда он спросил, не знаю ли я, где вы.
— Кто там внизу?
— Господин Флойд Крайден, ваша милость. Будете его принимать?
Последняя фраза прозвучала не как вопрос, а как уже готовое утверждение и сам Жером стоял, наклонив голову в ожидании распоряжения, куда провести дорогого гостя. Отказы, значит, даже не планируются? Или статус этого гостя таков, что даже сказаться больным нельзя… а зачем Бейрису-то немощным прикидываться, когда он в Арсворте действовал с полной поддержки Крайдена-старшего? Это я могу запросто больной сказаться да еще и потыкать, что до сих пор слева щемит… ну и что, пусть вру, все равно никто не полезет проверять…
— Проводи господина Крайдена в гостиную на первом этаже, сейчас я подойду туда.
Несмотря на ответ, Райшер продолжал сидеть в кресле, как будто ожидал продолжения разговора и ситуация стала совершенно некомфортной для дальнейшего изучения атласа. Общаться с Бейрисом я посчитала излишним и поднялась из кресла, чтобы гордо удалиться к себе в комнату, держа книгу с картами подмышкой, а Жером, поняв это по-своему, почтительно отодвинулся в сторону, пропуская меня впереди себя в коридор. Неловко потоптавшись, я все-таки пошла в сторону большой лестницы, за мной сопел мажордом, а Райшер оказался и вообще последним, поскольку сидел в самом дальнем кресле от входа. Еще спускаясь вниз, я издалека увидела в холле фигуру Флойда, который с ленивым интересом разглядывал роспись на потолке за арочным перекрытием, стоя одной ногой на первой широкой ступеньке. Заслышав шаги, он поднялся на вторую и приветствовал меня с доброжелательной улыбкой.