— Госпожа Летиция, — не менее торжественно я продержала паузу в полминуты, — клянусь, что там не шла речь об имуществе вашей семьи, в каком бы виде это имущество не выражалось.
— А тогда о чем ты написала? — удивление дамы было мне понятно, как это может быть, что непонятная чужестранка не пожелала даже попытаться откусить такой лакомый кусочек.
— Я писала о том, что было в душе. Помните же, жрец говорил именно об этом, а не о деньгах, домах, подарках или земле. А почему у вас к фамилии прибавлено «ленд»? Что это значит?
— Это старая традиция, — отмахнулась она, — означает, что наша семья владеет большими земельными наделами в Лионии. Потом я тебе их покажу на картах, чтобы ты знала, иначе никто не поверит, что ты из рода Райшеров. Ну что, так и будешь стоять здесь, раздумывая, куда идти ночевать? Учти, в каком бы состоянии муж не был, твоя прямая обязанность находиться рядом. И зачем он только послал за этими друзьями? Все шло просто великолепно до тех пор, пока не приехали эти гвардейцы! И ведь приказал сделать это как можно быстрее… нет, все-таки мужчины непостижимый народ, уж сколько лет я живу рядом с Раймоном, но и то иногда не понимаю, каким местом он думает! А еще начальник дворцовой гвардии… что вот он тебе говорил, когда ты с ним танцевала? Ладно, молчи, сама знаю, не иначе, как о своих делах в полку! Ну разве это дело, говорить с молодой женой сына о полковых лошадях, вместо того, чтобы отпускать ей комплименты?
— Ничего страшного, — попыталась я успокоить разгневанную Летицию, — мы очень мило пообщались и я на него не в обиде.
— Да я тоже на него уже давно перестала обижаться, — фыркнула дама, — а тебе это еще все предстоит впереди. Сейчас я больше всего на свете хочу выдрать моего сына, как когда-то в детстве. Плохо то, что это уже взрослый мужчина и штаны с него просто так не снять! А не мешало бы, в наказание за сегодняшнее, — она снова возмущенно запыхтела, хватаясь за бок, — ох, не надо было пить вместе со всеми, теперь будет колоть до полуночи. Ну что ты встала, пойдем, раз мой сын даже не подумал показать тебе, где вы будете спать, придется сделать это мне. Ну что за молодежь, я просто отказываюсь что-либо понимать в этой жизни! Идем, или ты думала, что будешь по-прежнему спать в комнате для наказанных служанок?
Страстный монолог Летиции вызвал у меня сдавленный смех — ничего нового, все проблемы такие же, как и везде. Скоропалительная свадьба, непонятные гости, упившийся в хлам сын, невестка и вообще не знает, где будет ночевать в первую ночь… комната для служанок, да еще и наказанных?
— Ну вот, иди, — маменька подтолкнула меня в раскрытую дверь, — а я пока прикажу, чтобы Берри окатили холодной водой, пусть быстрее в себя приходит.
Апартаменты были неплохи даже для такого богатого дома, как этот, что было признано сразу же при входе. Большая квадратная комната со здоровенной кроватью под балдахином имела два окна и числилась угловой, что прибавляло света и объема. Маленькая дверь почти при входе… ага, гардеробная, шмотки тут висят, это мне неинтересно, лучше я изучу столик у стены справа, на котором заботливая рука уже расставила кое-что под салфеткой. Огуречный рассол для тех, кто с бодуна? Нет, вино в пузатой бутылке и два стакана, кувшин с отваром… ага, ничего на вкус, вот еще жратва на тарелище… аж целую гору навалили! Для тех, кто перетрудится этой ночью? Хм, я и сама поем, а что останется, с собой заберу. Не забыть бы атлас прихватить, а то и дороги знать не буду. Вот проклятье-то, а как платье стаскивать, если оно сзади зашнуровано? Служанку звать? Вообще-то предполагается, что сегодня это должен делать муж, но мы обойдемся без лирики. И что теперь делать, сидеть на постели в ожидании? На нервной почве уже аппетит разыгрался, лучше поем… и попью, а то потом жажда замучает кое-кого.