— Вы что-то хотели, Ваше высокопревосходительство, — вывел его гном из состояния созерцания бриллиантового дыма. Понятно, на французском языке вывел.
— Я просто превосходительство, зачем повышать мне звание, это только Государь император может сделать, — зло рыкнул на одного из братьев, наверное, Брехт. А чего, если человека напугать, то он сговорчивее ведь станет. Торговаться легче будет, — Или вы мните себя равным нашему Государю, сударь?! — И глазами посверкать.
Немая сцена. К нам едет ревизор.
— Простите ради бога, Ваше превосходительство, товарищ генерал… — Начал блеять гном, ну, про товарища послышалось, месьем обозвал.
— А то смотри, у меня не забалуешь. А подать сюда Ляпкина-Тяпкина.
— Простите, Ваше превосходительство, что вы изволите? — в конец стушевался гном.
— Как звать тебя, болезный? — брови скукожить, как Киса Воробьянинов.
— Йона Барбе, Ваше высо… Ваше превосходительство. — В пол поклонился швейцарский гном.
— Будешь Иваном. А скажи мне, Ваня, есть у тебя карманные часы, изготовленные в России? — Брехт ткнул перстом в лежащие отдельно от золотых серебряные часы.
— Есть, Ваше превосходительство. Вот, эти произведены в Российской империи на Купавинской фабрике в Москве. — Пальчиком несмело ткнул «Ваня» в средней паршивости часы, довольно большие.
Точно, Брехт вспомнил, что читал в газете про приключения швед Питера Нордштейна (Peter Nordsteen), который при содействии Григория Потёмкина открыл первую в России мануфактуру по производству часов. Целая детективная история.
Мастер попался не скаредный и охотно передавал секреты своего ремесла ученикам, преподавая в Академии художеств. Ему удалось подготовить около трёх десятков помощников. Мануфактура собирала 10 карманных часов в месяц. После смерти Потемкина производство было выкуплено государством и перенесено из белорусской Дубровины в подмосковную Купавну. Ну, а дальше, как всегда. Приехали, а там вместо светлых корпусов с центральным отоплением … Голое поле и две землянки. И только начали строить что-то типа конюшни с тонкими дощатыми стенами. И это только начало бед. Именно в это время в Польше вспыхнуло очередное восстание. Часть работников присоединилась к борцам за свободу, поднявшим бунт. Там их и порубали гусары. Нордштейн был вынужден воздвигать производственные помещения силами своих часовых рабочих, нанимая в это время для них дом в Москве. Несколько лучших мастеров умерли во время эпидемии. Несмотря на трудности, Купавинская часовая фабрика в 1796 году работала уже на полную мощность, и продолжала наращивать темпы производства. В 1800 году было изготовлено семьдесят три штуки карманных часов и четверо настенных.
— Сколько стоят? И смотри мне, правильную цену называй!
— Тридцать пять рублей. — Выдавил Йона.
— А чуждые сколько стоят, вот эти, например? — Брехт показал на часики чуть поменьше и поизящней. Видно, что корпус делал настоящий ювелир.
— Это работа знаменитого швейцарского ювелира Мозера. Они стоят сто десять рублей.
— Вот за эту фитюльку, ты, Ванька, хочешь с меня сто десять рублей стрясти. Да по тебе Сибирь плачет.
— Восемьдесят. Это будет даже в убыток.
— Оба два давай.
— Что изволит Ваше…
— Я говорю, что и те часы наши — русские и эти поганые заграничные возьму за сто рублей.
— Помилуйте Ваше …
— Судья помилует. Или нет. Ладно, Ванюша, с этим делом разобрались, вот тебе ассигнация сторублёвая, а теперь скажи мне, как на духу. А ты сам не хочешь построить мануфактуру по производству часов в Санкт-Петербурге?
— Ваше превосходительство — это на серебро сто …
— Ты, Ванюша, брось тут вашествовать. Просил сто рулей, сто получил. Теперь ко второму вопросу перейдём. Хочешь открыть здесь часовой завод? «Заря» назовём.
— Я не умею делать часы, — сник гном, поняв, что наткнулся на Кобольда и больше с него денег не получить.
— Ваня, брось комплексовать. Предложение у меня к тебе есть. Я даю деньги, ты тоже немного вложишь. Строим здесь фабрику по производству часов. Мастеров несколько наймёшь в Швейцарии вашей или во Франции, там сейчас бардак, люди умные захотят переехать. Я куплю или построю всем дома хорошие, На тебе материалы и сбыт. Наберём полсотни учеников. Через пару лет будет самая большая фабрика в Европе. Сбыт я тебе гарантирую по самой высокой цене. Дороже, чем у самого этого Мозера-бульдозера, ну, если они качественно работать будут. Ты хороших мастеров подбери. Возможно, есть подмастерья, что мастерами не станут у вас. Не дают им развернуться. Чего в дополнении можешь пообещать? А, земли дадим. Пусть жена в огороде копается. Нет жены, найдём полячку с толстыми косами и голубыми глазами. По рукам? Руку давай.