Коралловые острова были последней точкой морского круиза. Это было очень красивое место, но после вчерашнего дня их продолжала бить нервная дрожь. Редко увидишь такую громадину. Не повернись она к ним споровым мешком, в её сторону даже дышать было бы страшно.
Закончилась круизная поездка. Фильм был смонтирован. Распоряжения даны. Можно было отправляться в стаб. Он требовал их присутствия.
Глава 12 Любовь и смерть лейтенанта Гаврилова
Может быть, потому что люди забыли, где они находятся, и случилась эта трагическая история.
Может быть, потому что молодое сердце лейтенанта Гаврилова, не прошли испытания жалостью и любовью.
А может быть, ещё по какой-нибудь другой причине, неизвестной всем участникам. Но случилось так, как и должно было случиться.
Рейд, в который отправился отряд под командованием Гаврюши, ничем не отличался от тех рейдов, который должен был совершиться в этот злополучный день. Им предстояло обследовать небольшой кусочек районного городка. Это даже скорее был рабочий или сельский посёлок. В нем обычно находилось до 7 тысяч человек.
С утра у командира было прекрасное настроение. Он командовал своим отрядом и напевал строчки из песни Виктора Цоя:
И две тысячи лет война,
Война без особых причин.
Война – дело молодых.
Лекарство против морщин.
Один из бойцов предупредил Гаврюшу:
-Не пел бы ты эту песню, командир, беду накличешь.
Тот лишь отмахнулся от предостережения, но петь перестал. Однако слова этой песни продолжали крутиться у него в голове. Это не мешало ему четко давать указание и руководить операцией.
Отряд загрузился на базе, находившейся недалеко от этого городка. База была на острове. Поэтому грузились в катера. С собой взяли и несколько пулемётов. Были и гранатометы, и ручные гранаты. Всё-таки надеялись на то, что в округе нет сильной элиты. Все перегрузки были под контролем. Отстрел зараженных вёлся постоянно: в стабе требовалось все больше споранов, потому что количество жителей возрастало. Чуть легче стало после денежной реформы, удалось отсечь ряд людей, не желающих заниматься чем-нибудь полезным.
Гаврюша должен был подойти со своим подразделением со стороны озера. Сюда зараженные приходили самыми последними. Здесь располагались жилые районы. Успевали они до заражения. Всё должно быть таким же, как и в остальные рейды, спокойным и продуманным.
Перегрузка захватила город и часть озера. Гаврюша смотрел на это необычное действие. Он ещё ни разу как не видел, как это происходило. Туман клубился и заполнял собой впереди расположенное пространство. Его границы были резко очерчены. Молодой командир смотрел, как клубы тумана блуждали по замкнутому пространству. Иногда в нём ярко блистали молнии, иногда звучали громкие звуки.
До бойцов доносился раздражающий горло запах. Пахло чем-то неприятно кислым, но этот запах был не природным, он сопровождался ещё каким-то химическим оттенком. В то же время Гаврющу привлекала какая-то дикая красота этого явления. Ему подумалось, что, наверное, в таком-то сгустке паров, в такой разреженной консистенции создаются галактики. При всей пугающей обстановке нельзя не восхищаться этой загадочной планетой.
Туман развеялся как-то неожиданно. Очертания городка выросли перед бойцами.
-Вперёд, - махнул Гаврюша рукой, - занять свои позиции.
Он представлял себя викингом, летящим со своей командой на приступ европейского городка. Ещё минута, и они столкнутся с исчадиями ада. А он, как настоящий рыцарь, обязательно освободит или спасет свою принцессу. В свои годы, ему было трудно признаться, что он даже не целовался по-настоящему с девушками, не говоря уж о большем. Когда он знакомился с ними, то не мог переселить себя, смущался и краснел.
Здесь, на Стиксе, он мечтал совершить подвиг. Он забыл, что его послали с конкретной задачей: собрать продукты в магазинах, по возможности, добыть спораны и горох, раздать брошюры о Стиксе, подождать тех, кто выйдет к берегу озера и забрать их с собой. Конкретной задачи – спасать иммунных – у него не было. В стабе сложилось устойчивое равновесие, и слишком большой приток новых людей мог нарушить этот сложившийся баланс. Тем более, что людей с неустойчивой психикой и так хватало.