— Я пас, смотреть не буду, уж лучше мы на даче останемся, — шепотом заметила Аня.
— Почему, — удивилась Поля.
— Да Андрей, мы с ним повздорили, не хочу мириться, — проговорила Аня.
— Что опять? — ехидно спросила Полина.
— Да ничего, мы с Данькой на Кирова выступали: он играл, а я пела и танцевала. Ой, так классно было. Знаешь, как прокачивает страх перед публикой, это тебе не фестивали и городские концерты. Ну так вот, Андрей узнал об этом. Он ужасно рассердился, говорит, что у меня в голове ветер, — сказала Аня расстроено.
— Да брось ты его, он тебе не подходит, — фыркнула Полина.
— У меня не получается, я может вообще никогда никого не бросала, всегда как-то меня, — пожалилась Аня.
— Ну тогда терпи, ты еще замуж за него выйди от того, что никого никогда не бросала, — веселилась Полина.
— Да ну тебя, рано мне замуж, — рассмеялась Аня, — до этого уж точно не дойдет.
8 августа 2008
Аня разглядывала себя в огромное зеркало в золоченой раме. Голубой купальник подчеркивал ее красивую фигуру, но девушку занимало совсем другое. Данька никак не шел из ее головы.
Недавно у Ани был день рождения, чтобы поздравить ее, Андрей прошел 30 километров пешком, выпросил увольнительную в военном лагере и добрался к ней. А Данька не сделал ничего, он просто забыл, позвонил через три дня, но лишь для того, чтобы позвать ее на вечер поэзии. Аня стиснула зубы, представив всю ту разношерстную тусовку: девочки с цветными волосами, странные, не очень опрятные мальчики, но главное- полное отсутствие смыслов. Она целый вечер просидела на городском пляже, вдыхая запах впитавшегося в песок пива, наблюдая, как горстка литературной молодежи читает свои вирши. Нет, все-таки Андрей — это правильный выбор. Для него Аня была королевой. Парень очень старался: под окнами дома красовалось признание в любви, ваза никогда не пустела, в ней каждую неделю появлялся новый букет. Такого внимания Ане никто не оказывал. Сейчас они собирались на море. Запищал телефон. Открыв сообщение, она пробежала глазами по строчкам:
«Никуда не едем, там война, вызвали в училище».
Что значит война? Почему они никуда не едут? Аня замерла. Не осознав до конца суть, она медленно двинулась к кассе, держа купальник в руках.
Войдя в квартиру, Аня услышала звук работающего телевизора. Мама была на кухне.
— Привет, — крикнула мама, голос ее был напряженным.
— Мы никуда не едем, — сказала Аня, садясь на табуретку, прячущуюся между столом и холодильником. Мама резала морковь, оранжевые ломтики вылетали из-под блестящего, тонкого лезвия. Лицо ее было печальное и уставшее.
— И слава Богу, — нервно проговорила она. — Ты даже не представляешь, что там творится. Пол жизни буду помнить рассказ Карины Георгиевны.
Аня знала, что это мамина коллега, она работала в бухгалтерии. После института, будучи юной девушкой, она уехала по распределению в Сухум, как ей это удалось, мама не рассказывала, история была о другом. В марте 1989 года в деревне Лыхны собралось несколько тысяч абхазцев, которые желали выйти из состава Грузии, восстановить статус республики. Следом недовольства разыгрались в Сухуме. Регион находился как на пороховой бочке. Абхазцы требовали исторической справедливости и независимости. После развала Союза ситуация накалилась до предела. Грузия восстановила конституцию 1921 года, тем самым фактически отменив автономный абхазский статус. Верховный совет республики бойкотировал это решения, требовал признать свою независимость. 14 августа 1992 года началась настоящая война.
Женщина вспоминала, как под обстрелами, спрятав под мышки своих сыновей в тапках и халате без документов, бежала она через кордон российских миротворцев с криком: «Я русская!». Страшные события повлекли гибель многих людей. Беспощадность и ненависть царили в регионе. Ей пришлось прятать лица детей не просто так. Через границу в самом начале пропускали только русских. Дети Карины Георгиевны унаследовали темные глаза и отцовский нос. Муж маминой коллеги родился и вырос в Сухуми. Он работал учителем в школе и после резни, которая там состоялась, собирал отрезанные головы своих учеников. Эта трагедия оставила на нем неизгладимый отпечаток. Мужчина перестал улыбаться и мгновенно поседел.