— Знаешь, был такой царь Соломон, став правителем, он поклялся быть мудрым и справедливым. Но ему сложно было владеть своими чувствами. Вселенская радость и адский гнев застилали ему глаза, влияя на его решения. Тогда Соломон обратился к мудрецу. Он хотел обуздать свои страсти. Мудрец думал несколько недель, а потом преподнес царю кольцо. Стоило Соломону взглянуть на него, как он обретал спокойствие, какой бы сильный гнев им ни владел. В минуты неудержимой радости царь вновь обращался к волшебному украшению.
— Что же в этом кольце особенного? — с тоской спросила Оля.
— На поверхности кольца было начертано. «Все проходит…», — умиротворяющим голосом ответил отец.
— Ага, проходит, — Оле показалось, что папа ее совсем не понимает.
— Это не все, — продолжил отец, — однажды Соломон был объят вселенским гневом, он стащил кольцо с пальца, хотел уже выкинуть его, но заметил, что внутри тоже выгравированы слова «И это тоже пройдет…». Соломон изумился. Почему он раньше не замечал этих слов? До глубокой старости царь не расставался с бесценным подарком. Но чем белее становились его волосы, тем грустнее он был. Вот однажды, греясь в лучах закатного солнца он снова обратился к своему кольцу. Последний луч раскрасил тонкие грани красными полосами, и в них прочел Соломон: «Ничто не проходит бесследно…», — папа замолчал, он смотрел на звезды и думал о чем-то своем.
Оля тоже молчала: «Да, все пройдет, и это тоже», — ей стало спокойно и уютно на душе.
***
Оля смотрела в окно, на проносящиеся, словно дикие птицы, покрытые золотом сопки. Почему Ане здесь не нравится. Что застит ей глаза? Это же потрясающе, великолепно! Какой простор, какой светлый воздух! А эти корабли на морском вокзале. А ледокол «Ленин». Величие было в каждом изгибе невероятной махины. Первое в мире атомное надводное судно. Он отработал полные 30 лет, большую часть из которых провел во льдах. Это же почти 30 кругосветных путешествий по экватору! Аня отвела Олю на экскурсию по ледоходу. Все внутри было отделано деревом, в центре стены кают-компании большое панно, посвященное освоению северного морского пути. Слева поморы на каком-то особенном судне, в середине первый русский ледокол «Ермак», справа- сам ледокол «Ленин». Тонкой резьбой высечены ледники и волны. Оля долго разглядывала композицию. Потом ее глаз остановился на светлом рояле, она была поражена тем, что здесь, на атомоходе может быть музыкальный инструмент. Какими людьми были те, кто жил и служил здесь? На фотографиях, развешанных по стенам, изображены сплошь известные личности: Юрий Гагарин, Фидель Кастро, король Норвегии Харльд V. Во второй комнате отдыха, так называемой курительной, стояли шахматные столы, электрокамин, у стен располагались темные, обтянутые кожей диваны. На этаже ниже, где жили рядовые моряки, имелась своя столовая, в которой стояли небольшие столики, и тоже был музыкальный инструмент, но на этот раз фортепиано. Еще Олю удивил экран, для моряков показывали кино! Когда девушка оказалась в машинном отделение, то долго разглядывала механизмы, паровые турбины, генераторы. Куча разных вентилей, натертых до блеска, статно смотрели на посетителей. Но самым потрясающим было не это. Экскурсовод дал возможность послушать, как работает настоящий двигатель. Громогласный шум разнесся по всему машинному отделению. На посту энергетики, в большом светло-зеленом помещении, располагались тысячи кнопок, лампочек и электрических схем. Сложно было представить, как выглядело это место, когда они все загорались. На стене висел монитор, его называют одной из первых систем наблюдения. Был на ледоколе и медицинский блок: рентген аппарат, операционная, лаборатория и даже кабинет стоматолога- все, что может потребоваться в путешествии по бескрайним волнам Северного Ледовитого океана. Каюты командования тоже были очень интересными, они отделывались натуральным полированным деревом. Оля была под впечатлением, пожалуй, больше эмоций вызвал у девушки только банный комплекс в Петергофе.
Оля нервно вздохнула, через час она окажется в Мончегорске, там ей нужно будет как-то добраться до воинской части, где служит Пашка. Они так давно не виделись. Как это будет? Глаза слипались, она медленно покачивалась в такт движениям автобуса.
***
Аня придирчиво осмотрела себя в зеркало. То, что она видела, ей откровенно не нравилось. Девушка терпеть не могла официальный стиль одежды. В ее огромном гардеробе было всего одно подходящее платье. Круглый ворот, идущий по ключицам, рукав три четверти, юбка, закрывающая колени, разрез сзади, для удобного шага. Единственное, что по мнению Ани, скрашивало этот черный скафандр — вырез-капелька на груди. Он пикантно подчеркивал формы, словно невзначай открывая ложбинку. Но Аня все равно раздражалась от одной мысли, что ей нечего надеть. Она зло швырнула горы кофточек и юбочек на пол. Хотелось все выкинуть. Ну почему, почему всегда так? В одном ты толстая, в другом слишком голая, третье — летнее! Единственное, что сдерживало ее от рыданий- идеально ровные стрелки на глазах. Она снова посмотрела на себя. Точно, стрелки! Подтащив к шкафу стул, она полезла в самый верхний ящик, где хранила чулки и колготки. Достав большой тканевый кофр, она спрыгнула вниз, высыпала все его содержимое на диван. Ага, вот они, черные чулки со стрелкой, теперь она не будет выглядеть как бабка Синюшка.