— Ты на Дикона посмотри, — Энн тихонько хихикнула, — лопнет ведь от гордости.
— Женщин раздувает от беременности, а мужчин от осознания собственной важности, — тоже хихикнула я, — дедуля.
Дикон только что не светился собственным светом. Но у него чуть ли не тройной повод — и магию вернули, и внук родился, и валлийцы вряд ли теперь бунтовать начнут. Все-таки интересно, кто у нас получился? По идее должен быть очередной целитель. Но как на нем сказалось благословение? И на сынишке Нэда и Анны, которого тоже привезли на ритуал?
Ночью я долго не могла заснуть. Дикон давно спал. И, по-моему, он сперва заглянул к Энн. Неплохо ритуал подействовал, но я только за, если что.
И тут появился черт.
— А я думала, ты про меня забыл, — сказала я.
— Забудешь про тебя, — фыркнул он, — чудо без перьев. Но я тебе благодарен. Кстати, ты угадала насчет того, что это я когда-то по дурости дал людям этот хроноворот. Молодой был, глупый, за это меня и наказали. Должен был исправить реальность или создать параллельную, но на меня навесили кучу ограничений. То есть, получить хроноворот обратно я мог только при помощи людей. Но заколдовывать их, чтобы они просто принесли его, мне запретили. Что я только не перепробовал! Не поверишь, всегда перевешивала людская глупость и желание что-то получить для себя, используя хроноворот.
— И что теперь? — мне было очень интересно.
— Что? Все нормально будет. Хочешь обратно?
— С ума сошел! — чуть не заорала я.
— Шучу! — тут же ответил он. — И понимаю. Любимый мужик, сын, внук, вообще весь этот выводок, с которым вы втроем возитесь. Куча интересных занятий и проектов. Да и вообще… Власть, слава, богатство. А там ничего такого.
— Спасибо! — выдохнула я. — Слушай, а все, что мы сделали, не похерят? Жалко же!
Он хмыкнул.
— Кое-что похерят, конечно, но немного. Лет через двести волшебники все-таки уйдут в подполье. Колониями поделиться придется, но самые лакомые куски останутся за Англией. Бретань и часть Нидерландов войдут в федеративное государство. И Шотландия с Ирландией присоединятся. От Франции еще кусок откусите. Благодаря вам крови больше не будет, как и голода, и эпидемий. И того, чего ты так боишься тоже. От Реформации никуда не деться, но вы, во-первых, сильно подняли авторитет Рима, да еще одного из самых одиозных пап устранили, а, во-вторых, маги сумеют обуздать фанатиков с обеих сторон. И крови меньше прольется, и твои любимые культурные ценности не пострадают. Но это в общих чертах, подробности я тебе рассказывать не буду, а то неинтересно станет.
— Амулет вернуть? — спросила я.
— Давай, — кивнул он, — и получишь ты свой подарок, чучело. Поделитесь вы с Ричардом силой и годами жизни с Энн. Вы слишком связаны друг с другом, чтобы расставаться. А теперь прощай!
— Прощай! — улыбнулась я, почувствовав на мгновение, как на груди проявился и снова исчез амулет. А потом в воздухе растаял и мой визитер. Окончательно.
Наутро все вернулось на круги своя. Дикон отправил гонца в Рим — обрадовать другого дедушку. Было решено задержаться еще на один день, а потом двинуться дальше на Кардиф. Там планировался большой турнир.
Лукреция и маленький Оуэн чувствовали себя хорошо. Она собиралась на следующий день вернуться домой, ей предстояло очищение. Валлийцы уже всячески намекали на выкуп, чтобы самим воспитывать ребенка, но Дикон согласился только на местную няньку, чтобы учила языку с раннего детства. И на то, что мальчик будет подолгу жить в замке Пембрук. Нечего тут.
Мои маги по очереди ходили посмотреть на пришельцев из Хогвартса. Живой Дамблдор интриговал всех. Над ним изощренно издевался Снейп.
— Сын мой, — елейным тоном вещал брат Саймон, — все мы смертны, а вы не молоды. И так нагрешили. К тому же вас мучает грех гордыни, а это смертный грех, он очень опасен для вашей бессмертной души. Вам надлежит раскаяться и примириться с Творцом. Я готов выслушать вашу исповедь, назначить епитимью во искупление и отпустить вам грехи, чтобы вы с чистым сердцем могли принять Святые Дары.
Дамблдор по понятным причинам исповедаться не хотел, но все-таки понимал, что шансов отвертеться у него нет. За Снейпом стояла реальная власть.
Оставшиеся в живых Уизли панически пугались бывших сторонников Волдеморта и пытались приставать к Гарри, Невиллу, Гермионе и Сириусу. Впрочем, у Невилла была распланирована каждая минута, и он, насмотревшись на бывших знакомцев, плюнул и отправился заниматься любимым делом. Он только что вернулся из Брюсселя, где устроил оранжерею для вдовствующей герцогини Бургундской, а теперь возился с томатами, которые, по его словам, следующей весной можно будет высаживать в открытый грунт.