— Хочу посоветоваться с профессором Рихтером по поводу прочитанного и попросить новую книгу. Каникулы пролетят быстро, а я так и не разобралась в нужных темах.
Антон недовольно скривился, но промолчал. Лишь в карих глазах читалось разочарованное «какие же вы оба заучки». Реддл понимающе кивнул.
— Рад, что среди нас ещё остались те, кто ценит возможность самообучения. — Он покосился в сторону Долохова. — Некоторым стоило бы взять в пример.
Завтрак подходил к концу, и Мира чувствовала, как внутри нарастает напряжённое предвкушение. Ноги нетерпеливо выстукивали по каменному полу сбивчивый ритм, готовясь пуститься в путь. Перебирая в голове все известные варианты, Громова никак не могла определиться с местом для занятий. Просторное, необременённое лишней мебелью место – где ей найти подходящую под описание комнату? Все заброшенные кабинеты, встречавшиеся за полгода обучения, представляли собой склады изношенных скамей, школьных столов и вышедших из пригодности магических предметов. Она могла бы расчистить пространство вручную или с помощью чар левитации, но делать этой самой будет слишком долго и изнурительно. Да и вряд ли завхоз оценит подобную самодеятельность.
Вернувшись в спальню за тёплой мантией, Мирослава с надеждой взглянула на прикрытое шторами окно. Может, всё же стоит немного прогуляться и хорошенько обдумать дальнейший план действий? Оставалось только выйти на улицу и не пересечься при этом с Долоховым…
* * *
Тоскливое завывание ветра звучало, как грустная песня. Её мотив вовсе не прибавлял уверенности, но Мира была непоколебима и продолжала бодро вышагивать по пустым коридорам Хогвартса. Она уже обошла все ближайшие окрестности замка в надежде, что свежий воздух подкинет ей идеи, где можно начать свои тренировки. Но сугробы, заснеженные деревья и высокое пасмурное небо, как назло, угрюмо молчали.
Завернув в очередной коридор, Мира резко остановилась. Может, поискать в подземельях? Ведь именно там они с Томом нашли гобелен с подсолнухами. Кто знает, что ещё таит в себе тёмный сырой лабиринт… Но что-то навязчиво мешало Громовой развернуться и спуститься в обитель собственного факультета. Решив, что довериться интуиции – верное решение, Мирослава продолжила путь, забираясь всё выше и выше по бесконечным лестницам, заглядывая во все встречающиеся на пути кабинеты.
На восьмом этаже было так же пусто, как и на предыдущих. Сюда Громова почти никогда не ходила, а потому с любопытством оглядывалась, цепляясь взглядом за незнакомые пейзажи и портреты, с которых изредка приветливо махали ладошками удостоенные запечатления герои былых времён. Шаги гулким эхом отражались от стен, неприятно били по привыкшим к тишине ушам. Остановившись у первого окна, Мира почувствовала, что уверенность покидает её, а на смену приходит болезненное отчаяние. Неужели во всём огромном Хогвартсе не найдётся ни одной комнаты, где она могла бы спокойно потренироваться? Бросив последний взгляд на висевший рядом огромный гобелен с троллями и болтавшимся у них под ногами незадачливым волшебником, Громова круто развернулась на пятках и направилась обратно в подземелья – единственное место, которое не успела сегодня полноценно осмотреть.
В этот момент со стороны лестницы послышались приближающиеся шаги и несдержанная речь: кто-то рассерженно переругивался, не стесняясь в выражениях. Слов Мира разобрать не сумела, но по голосам легко было догадаться, что спорили студенты.
— Этого ещё мне не хватало…
Шальная мысль, что её могут застукать здесь гриффиндорцы, которым они с Антонином неплохо так наподдали при прошлой встрече, скользнула по спине лёгким налётом паники. Недолго думая, Мира бросилась обратно, пытаясь выцепить глазами хоть один укромный уголок. Большая ваза, высотой почти в человеческий рост, могла бы послужить ей укрытием. Но на сколько? Вряд ли за ней получится отсидеться, если школьники решат прогуляться по коридору и застанут испуганную первокурсницу в самом уязвимом положении. Вот бы сейчас ей попалась та самая заветная комната!..
Послышался хруст и тихий скрежет. На абсолютно голой прежде стене вдруг возникла большая полированная дверь. Повинуясь страху возмездия со стороны поверженных недругов, Громова бездумно дернула за медную аскетичную ручку и ввалилась внутрь. Привалившись к прохладному деревянному полотну, она закрыла глаза и позволила себе спокойно отдышаться. Сердце, колотившееся в груди, как маленькая взволнованная птичка, медленно возвращалось к привычному ритму. Всё в порядке, у неё уже получилось избежать опасного столкновения. Теперь оставалось лишь действовать по ситуации.