Незнакомое помещение было заполнено кромешной тьмой, но стоило только Мире подумать об этом, как десятки факелов тут же вспыхнули один за другим, и перед Громовой предстал огромный зал, стены которого с одной стороны прятались за высокими зеркалами, а с другой были заставлены книжными шкафами и длинными полками с множеством непонятного рода предметов. В дальнем углу кто-то неряшливо разбросал разноцветные подушки и, кажется, пару аляповатых пледов, на одном из которых лежала раскрытая на середине книга. По центру же зала гордо стояли шесть манекенов, и у каждого в деревянной руке покоилась своя волшебная палочка. Мира никогда не сталкивалась с подобным, но чувствовала исходившую от них странную энергию. Очевидно, эти ребята не были обычными бестолковыми чурбанами.
— Интересно, что вы умеете? — спросила Громова вслух, подойдя вплотную к одному и погладив слабо вибрирующее под пальцами дерево.
Что же это за место? Явно ведь не заброшенный зал для тренировок профессора Вилкост. Никакой пыли на полках нет и в помине, зеркала начищены до блеска, да и подушки, хоть и старые, но абсолютно целые и невредимые. От пропитанного магией воздуха захватывало дух, и Мирослава замерла, с осторожностью осматривая необычное помещение.
— Странно это всё... Надо будет поискать в библиотеке. Вдруг нашёлся очередной секрет Хогвартса? Том точно обзавидуется!
Чем бы зал не являлся, сейчас это уже не имело значения. Самое главное, теперь у неё было личное место для занятий! Повинуясь порыву восторженной радости, Громова медленно двинулась вдоль полок, осматривая лежавшие на них побрякушки, вероятно, представлявшие собой магические приспособления с самыми разными свойствами. Любопытство требовало прикоснуться хоть к одному, но внутреннее чутьё подсказывало Мире не трогать то, в безопасности чего не уверен на сто процентов. Предыдущий опыт доказывал, что не все артефакты могут быть безопасными.
Учебники, коими полнились высокие шкафы, Громова с сожалением признала для себя абсолютно бесполезными: в них не было ни слова о той магии, которую она планировала изучать в данный момент. И пусть многие книги обязательно пригодятся в будущем, воспользоваться ими сейчас у Миры не получится.
— Было бы странно, окажись тут сведения о славянском колдовстве, — фыркнула она, изучив очередной фолиант в плотной кожаной обложке. — Не стоило и надеяться.
Терять время на поиски литературы Громова не собиралась. Сбросив мантию на подушки, она встала у одного из манекенов и уставилась в центр его шарообразной головы. Представить воображаемого врага? Или же попробовать вспомнить то, что случилось с ними возле проклятого оракула? В голову не лезло ни одной полезной мысли, и Мира раздражённо выдохнула, стискивая кулаки. Всё окажется зря, если она так и продолжит тупо стоять и размышлять в пустоту. Нужно действовать, раз уж выдалась такая возможность.
Громова сосредоточилась. В ушах колотил взволнованный пульс, заглушая тихое потрескивание десятков факелов. Тренировочный зал будто замер в ожидании. И каждая секунда, протекавшая в этом покалывающем кожу трепете, сдавливала грудь.
Наконец, Мира сделала глубокий вдох и, вспоминая наставления матери, постаралась мысленно выцепить в течении своей магии нужный слой. Плотная материя, будто обволакивающая её тело незримой вуалью, не желала подчиняться, и Громова нетерпеливо притопнула ногой, ещё больше вспыхивая жадным усердием. Она ведь делала это десятки раз! И сделала снова, когда их с Томом жизни подверглись смертельной опасности. Так почему же?..
— Мирослава, ты сможешь! — сказала своему отражению, сверкнув решительностью в строгих глазах.
Громова из «зазеркалья» уверенно улыбнулась. Всё верно. Она пришла сюда, чтобы тренироваться, нарабатывать позабытый в последние годы навык. И это нормально, что с самого начала приходится столкнуться с трудностями. «Первый блин – комом», ведь так?
Дыхание, прежде поверхностное и нервное, выровнялось в мерный ритм. Мира закрыла глаза и снова всмотрелась вглубь собственного естества, выискивая защитную магию. Она, игриво мерцая, продолжала ускользать из хватки, но в этот раз Громова была настроена на победу.