Однако надежды оказались тщетны. Стена, как и вчера, отрешённо пустовала, не выдавая никаких признаков существования на ней хоть какой-нибудь двери. Каменная кладка, насмехаясь над растерянной Громовой, мягко отбрасывала редкие блики в свете факелов.
— Ну мне же точно не привиделось… — прошептала Мира, касаясь пальцами отдельных камушков. Их ледяная прохлада ощутимо морозила кожу. — Не могла же я удачно удариться головой и проваляться тут весь вечер?
Ответить на этот вопрос, впрочем, было некому. Обводя глазами коридор, Громова пыталась найти хоть сколько-нибудь разговорчивый портрет, который мог бы сообщить ей о тайне исчезнувшей комнаты. Но, будто бы назло, большинство обитателей картин либо покинули своё пристанище, гуляя по соседям из других частей замка, либо представляли собой отнюдь не дружелюбных персон. Один из особо вредных волшебников даже успел высказать своё недовольство в самой грубой из приемлемых в стенах школы форм.
— Может, стоило сделать и себе какой-нибудь оберег для поисков, — уныло пробубнила Мира, подойдя к окну.
За покрытым тонким инеем стеклом шёл снегопад. Крупные хлопья парили в воздухе, словно перья волшебной птицы, то и дело замирая, пока их не подхватывал в танце зимний ветер. От мысли, что где-то в этом белоснежном море плавают тёмные фигуры её друзей, Громовой ещё больше взгрустнулось. Нет, она поставила цель и должна её достигнуть. Ведь желаемое так близко! Развернувшись на каблуках, Мирослава решительно направилась обратно по коридору с всё больше прорастающей в голове идеей о собственном амулете. Вот сейчас она вернётся в спальню, сплетёт новую ленту и мигом заставит треклятую дверь снова появиться!
Но удача, на которую беззаботно понадеялась рассеянная слизеринка, решила тактически сбежать и оставить свою спутницу без капельки защиты. Оказавшись на лестнице, Громова поняла, что та движется в совершенно ненужную ей сторону, и вскоре нижняя ступень остановилась у очередного коридора. Взглянув в таинственный полумрак, Мира решила отсидеться и подождать, пока траектория лестницы сменится на более привычную и выведет её к знакомым местам. Но тут из глубины коридора послышались знакомые голоса. «Где-то здесь ведь может находиться проход к гостиной Гриффиндора!» — мысленно охнув, Громова в растерянности огляделась по сторонам. Останется здесь – попадёт в ловушку и вполне может улететь вниз, откинутая заклинанием обиженных недругов. Единственной надеждой на спасение был ближайший к лестнице кабинет, дверь которого виднелась в свете одинокого факела. Мирослава бездумно рванула к нему, ведомая чувством самосохранения. И тут же почувствовала, как проваливается в невесомость: ступенька-ловушка, исчезнув под весом первокурсницы, превратилась в окно, ведущее в бездну глубиной во все семь этажей.
— Чёрт! — выругалась Громова и поспешила выдернуть ногу из западни, ловя равновесие.
Но сила инерции уже тянула её вперёд, утаскивая в полёт через несколько ступеней. Скатившись кубарем по лестнице, Мирослава больно ударилась о каменный пол и застонала. Лодыжка и локоть, ушибленные в результате падения, начали опухать и краснеть, мерзко пульсируя частыми волнами. Решив сначала добраться до безопасного места, а уже потом заниматься самолечением, Громова осторожно поднялась и заковыляла к потрёпанной временем глянцевой двери. Металлическая ручка удобно легла в ладони и с щелчком повернулась, позволяя войти в пропахший пылью и сыростью кабинет.
— Баловати Глезно, — пробормотала Мира, усевшись на заваленное на бок обшарпанное кресло и направив палочку на голень. Заклинание подействовало, и боль в ноге постепенно успокоилась, сменившись на приятный холодок. — Баловати Лакоть.
Зализав раны, Громова с трепетом прислушалась. Своим падением она подняла серьёзный шум, а это значило, что скоро обязательно кто-нибудь появится, чтобы проверить обстановку. Мест для пряток в заброшенном складе было хоть отбавляй, но лезть в обитель пыли и застарелой паутины не хотелось. А был ли выбор? Переборов брезгливость, Мирослава отправилась на поиски достойного укрытия.