Реддл развернулся и посмотрел на неё нечитаемым взглядом.
— А ты как думаешь? Воспользовался твоим подарком, разумеется. Или ты предлагаешь самому искать тебя по всему замку? Сделаешь новый, когда вернёмся, раз уж пришлось потратить его впустую.
Отчего-то Мирославе захотелось искренне рассмеяться во весь голос. Это было в духе Тома – так легко превратить что-то милое в рациональное и совершенно логичное.
Когда лестница привела их к восьмому этажу, Реддл напряжённо осмотрелся и подошёл к огромному гобелену с танцующими троллями. Те, перестав лупить дубинками своего несостоявшегося педагога-волшебника, с любопытством взглянули на ребят.
— Вот тут, — Том показал на стену напротив, — расположена Выручай-комната. Она никогда не перемещается по замку, в отличие от некоторых других, но требует определённых хитростей для открытия. Главное – искренне захотеть в неё попасть.
Он двинулся дальше по коридору и, дойдя до первого окна, вдруг пошёл в обратном направлении. Мира удивлённо раскрыла глаза.
— Что ты делаешь?
Но Реддл нетерпеливо махнул рукой в ответ и продолжил движение. Лишь дойдя до большой вазы у самого выхода к лестнице, снова развернулся и зашагал к окну. И тут произошло неожиданное: стена, у которой так долго билась Громова и на которую указывал сам Том, тихо заскрежетала, затрещала двигающимися в разными стороны камнями, открывая спрятанную за ней неприметную деревянную дверь. Медная ручка приветливо блеснула, отражая пламя факелов.
— Как ты это сделал? — Мирослава восторженно подпрыгнула и в исступлении схватила Реддла за руку. Тот недовольно скривился, но вырываться не стал.
— Три раза пройтись вдоль стены и острая нужда – вот единственный способ открыть комнату, — ответил Том и указал на дверь. — Можешь войти, если не веришь моим словам.
Долго уговаривать Громову не пришлось. Подскочив к деревянному полотну, она быстро дёрнула за ручку и удовлетворённо вздохнула, когда перед глазами открылся знакомый вид на большой тренировочный зал. Счастливая до чёртиков, Мира влетела в комнату и подняла лежавшую на подушках зимнюю мантию, прижимая её к груди.
— Поверить не могу, что ты нашёл её! — воскликнула Громова, едва Том поравнялся с ней у длинного книжного шкафа. — Когда ты обнаружил это место?
— Пару месяцев назад. — Реддл с нежностью провёл пальцами по корешкам стоявших на полках учебников. — Комната явилась, когда я особенно нуждался в ней. А затем мне пришлось провести целый день в библиотеке, чтобы найти способ вновь в неё вернуться.
— Поразительно… — выдохнула Мира и огляделась. Древняя магия, будто покрывавшая стены огромного помещения, мягко гудела в ушах, успокаивая и расслабляя.
— Больше всего меня удивляет другое, — как-то по-особенному улыбнувшись, хмыкнул Том. — Я думал, ты удивишься, попав сюда, но, кажется, ранее ты нашла именно этот вариант Выручай-комнаты. Любопытное совпадение.
Громова замерла и недоумённо нахмурилась.
— Этот вариант? А есть и другие?
— Превеликое множество, — гордо заявил Реддл, будто это была лично его заслуга, и обвёл руками просторный зал. — Всё зависит от твоего желания. Для нас комната стала местом для тренировок, для кого-то она может обернуться спальней или уборной, а бывали и случаи, когда комната открывала двери в другие места, находящиеся не только в замке, но и за его пределами. Невероятно, не правда ли?
От услышанного Миру накрыла волна нового восхищения. Разумеется, не было ничего удивительного в существовании внутри Хогвартса подобных секретов и тайн. Но их многообразие воистину поражало воображение.
— Раз с этим мы закончили, пора возвращаться в гостиную, — сообщил вдруг Реддл, направляясь в сторону выхода. — Если повезёт, то никого не встретим по дороге и доберёмся до подземелий без происшествий.
Мирослава в последний раз взглянула на наполненное древней магией огромное помещение. Было в этой комнате что-то такое, что не давало ей покоя, гудя глубоко в душе странной неудовлетворённостью. Словно сам зал отзывался в ней своей скрытой от посторонних глаз бесконечной силой.
— Ты ведь тоже занимался тут, верно? — с интересом спросила Громова, когда Том вдруг остановился у двери. Реддл обернулся и холодно ответил:
— Да, а что?