Когда впереди показались спины квиддичной команды, Мира встревоженно вздрогнула и зажмурилась: Кеннет, хорошенько замахнувшись, наотмашь ударил Гилмора по лицу, отчего по полю прокатился крепкий звонкий шлепок. Рядом испуганно вздохнула Мередит.
— Ты дисквалифицирован до конца сезона, — прошипел Яксли, хватая Кевина за шиворот его формы. — И, поверь, это меньшее, что я хочу и могу сейчас сделать.
Мальчишеская разборка длилась недолго. Вскоре к их компании подошли две фигуры в тёмных одеждах, одну из которых Громова не раз видела возле выхода из школы. Смуглая девушка-аврор, пронзив взвинченных парней суровым взглядом серых глаз, строго спросила:
— И что это тут у вас происходит?
Но отвечать ей никто не спешил. Каким бы ни был конфликт, он касался только их факультетской семьи, и даже донельзя разгневанный Кеннет не горел желанием доносить на сокомандника представителю власти. Молчание постепенно превращалось в колючее напряжение, пока второй мракоборец, пугающего вида седоватый мужчина, не прервал его резкой холодной фразой:
— Следуйте за мной.
Яксли и Гилмор отправились с аврорами обратно в замок, а оставшиеся члены команды беспокойно загалдели, бросая в их спины полные тревоги взгляды. Больше всех щебетала объятая страхом Винки, нервно дёргавшая себя за край форменной мантии.
— Это что же… Как же… — Она смотрела на землю невидящим взглядом и хмурила брови, говоря, скорее, сама с собой, чем со стоявшими рядом товарищами. — Неужели их теперь накажут? Почему… Как так вышло…
Пока их хрупкого ловца успокаивали Мердок и Уилморт, Эллиот незаметно подкрался к Мирославе и легко коснулся её дрожащих пальцев. Громова посмотрела на него в отчаянии, отчего-то чувствуя вину перед всей командой, словно это она стала причиной внезапной катастрофы. То ли интуитивно прочитав её мысли, то ли разглядев что-то в углубившейся складочке между бровей, Трэверс медленно покачал головой и улыбнулся одними кончиками губ.
— Не волнуйся. С ними всё будет в порядке. Мы не в первый раз попадаем в неприятности.
Его тихий шёпот немного утешил её, но о полном спокойствии не могло быть и речи. Не тогда, когда их скромная компания встревоженно гудела в предвкушении новых проблем.
— Думаю, вам стоит вернуться к себе. — Эллиот кивнул на стоявших рядом с Мирой соседок. — Если останетесь здесь ещё ненадолго, младшая Яксли точно упадёт в обморок.
Элизабет и правда стремительно бледнела, из последних сил цепляясь за локоть заботливой Кинхейвен, не отпускавшей её ни секунды с момента случившегося и до нынешнего времени. Белинда же стояла особняком и старалась сохранить лицо, но дрожавшие губы недвусмысленно намекали, что она тоже находится на грани срыва. Им действительно стоило вернуться в школу.
— Калеб, Тео! Проводите девочек до гостиной, — попросил друзей Трэверс, и парни тотчас подскочили к первокурсницам с обеспокоенными лицами. Нагнувшись к Розье, Эллиот вдруг понизил голос, но Громова всё же расслышала: — И будет лучше, если вы не попадётесь на глаза никому из мракоборцев.
Атмосфера, казалось, только вернувшаяся к норме после новостей о пропавших студентах, вновь начинала накаляться, незримо опутывая школу сетью тонких колючих шипов. В воздухе витало ничем не объяснимое предвкушение, и Мирослава надеялась, что грядущие события не затронут её друзей и её саму в полной мере.
Они ещё не были достаточно сильны, чтобы справиться с надвигающейся бурей.
Глава 16. Его сила
Глухие рыдания, раздававшиеся из-под одеяла, ощутимо понижали температуру в спальне на несколько градусов. Мередит сидела на кровати Лиззи, заботливо поглаживая дрожавший от слёз клубок, который сейчас представляла из себя Яксли, и рассеянно смотрела в пустоту невидящим взглядом. Белинда осталась в гостиной, видимо, продолжая разговор с Розье и Мальсибером, который они вели по дороге. А Мира с нарастающей тревогой ходила взад-вперёд возле камина. Со слов Калеба, откровенно взволнованного случившимся, для команды Слизерина очередное столкновение с мракоборцами могло стать критическим. Ребята других факультетов тоже допускали ошибки, но к слизеринцам всегда было особое отношение. И сейчас, когда обстановка становилась всё неспокойней, выходцы из чистокровных семей были под ещё более внимательным наблюдением.
— Простите, — всхлипнула Элизабет, высовывая нос из своего укрытия. — Я так сильно испугалась… Мне жутко стыдно…