Он резким движением вскинул руку, направив на неё свою палочку.
— Дерек! — Пруэтт с раздражением дёрнул его за предплечье. — Я сказал тебе угомониться!
— Отвали, Игни, — прошипел Сенроуз, снова нацеливаясь на Миру, приближаясь к ней крадущимися шагами разъярённого хищника. — Это личное.
Громова испуганно сжалась, понимая, что уже точно не успеет наколдовать хоть какую-то защиту, а сердце грохнуло где-то под рёбрами и замерло.
Замерло, потому что Дерек вдруг охнул и с воплем отлетел по коридору не меньше, чем на пару тройку метров, сбив собой массивные доспехи рыцаря. Перед Мирой успели мелькнуть лишь красивые синие всполохи слишком сильного Депульсо.
Слишком сильного?
— Брахиабиндо, — процедил Том, едва размыкая побелевшие губы, и грубо швырнул связывающее заклинание в затихшего Сенроуза.
Не сбавляя резких громких шагов, Реддл стремительно приближался к Мире и не отводил взора взбешённых чёрных глаз с поверженного противника. Да, именно взбешённых. Том буквально источал бушующую злость, что напористыми волнами магии наполняла коридор. Громова сглотнула и попыталась сделать плавный выдох. А в голове заскреблась какая-то совершенно неуместная мысль: как же хорошо, что Том на её стороне. Если бы кто-то из дружков Пруэтта обладал таким же врождённым магическим потенциалом, как Реддл, страшно представить, что произошло бы с ней и Долоховым.
— А ты ещё откуда взялся? — Игнатиус рефлекторно принял боевую стойку, когда Том показался из-за угла и встал на самом перекрёстке, загородив собой друзей.
— Кто из вас, недоумков, решил поиграть в артефактолога? — спросил в никуда Реддл, возводя щит между гриффиндорцами и Мирой с Антоном. Сам он при этом остался снаружи.
— Слышь, первогодка, ты чё тут устроил? — напрягся притаившийся чуть позади Игнатиуса Андерсон. — Тебя это ваще никак не касается.
— Касается. — Том опасно прищурился, вытягивая руку с палочкой перед собой, и быстро бросил через плечо. — Громова, поддерживай щит.
Мира кивнула. Сейчас, когда Реддл дал ей время на небольшую передышку, она могла правильно наколдовать нужные чары, не беспокоясь о своей и долоховской безопасности.
Глядя на уверенное лицо Тома, Пруэтт вдруг насмешливо фыркнул.
— Думаешь, раз застал Дерека врасплох, — он кивнул в сторону валявшегося у доспехов Сенроуза, — справишься ещё с двумя противниками? А у тебя, смотрю, кишка-то не тонка.
— Вы не ответили на вопрос, — спокойно заметил Реддл, делая шаг вперёд. — Кто из вас создал этот недоартефакт?
— Уйди с дороги, сопляк. — Игнатиус растянул губы в хищной улыбке. — Я с тобой церемониться не собираюсь. Если не хочешь по-хорошему, придётся и тебя проучить.
Но Том так и не сдвинулся с места. Лишь поудобнее перехватил в пальцах палочку, неотрывно глядя на усмехающихся старшекурсников. Громова сжалась в напряжённом ожидании. Как бы хорош он ни был в дуэлях, выступать против более опытных соперников – это не то же самое, что сражаться с одногодками. В отличие от Антонина, имевшего за плечами занятия с дедом и отцом, сопровождавшие всё его детство, у Реддла были лишь последние месяцы усердных тренировок. Преимущество сейчас не на его стороне. И Пруэтт, кажется, это тоже понимал.
— Ну, как скажешь… Вомитаре Виридис!
Тёмно-зелёный луч полетел в Тома, но тот ловко увернулся, и заклинание ударило в щит, укрывающий Миру с Антоном. Реддл раздражённо цыкнул и контратаковал жалящим заклинанием. Пруэтт небрежно махнул палочкой, отбрасывая проклятье прочь, но тут же поплатился за неосмотрительность: Андерсон, вальяжно стоявший рядом, болезненно закричал, а его левое ухо и часть головы тут же распухли и покраснели.
— Ты что творишь?! — проорал гриффиндорец, судорожно держась за пострадавшие органы.
— Прости!
Ошарашенный невезением, Пруэтт едва не пропустил Конфундус от Тома. Видимо, здраво решив, что Реддл всё-таки необычный первокурсник и с ним придётся повозиться, Игнатиус изменил диспозицию. Переместившись в соседний коридор, куда ранее отбросило Сенроуза, он довольно улыбнулся, и принялся швыряться заклинаниями с новой силой. Том едва слышно зарычал. Уклоняться от атак противника, параллельно отвлекая его от уязвимых сейчас друзей, – та ещё задачка. Но, очевидно, Реддл не был намерен так легко сдаваться.