— Мердок, Уилморт, вас ищут сокомандники, — раздался строгий голос откуда-то из тени коридора.
Вайолет, войдя в гостиную уверенной походкой, грозно осмотрела болтунов и указала в сторону выхода. Завидев старосту факультета, оба парня тут же выпрямились и, послушно кивнув, выбежали из комнаты. Девушка же перевела взгляд на первогодок.
— Мы ничего не делали, — на всякий случай отметил Антонин, инстинктивно поправив складки мантии. Вайолет насмешливо фыркнула:
— Оно и видно.
Мирослава задумчиво посмотрела на яркие языки каминного пламени. Говорящая голова? Оракул? Она никогда не слышала о подобном, хотя с детства довольно много читала, да и рассказы матери слушала с удовольствием. Правда, в основном её интересы ограничивались родной славянской культурой и лишь немного восточной, редко углубляясь в магию других стран. Очевидно, что такое древнее и полнившееся историей место, как Хогвартс, должно было таить в себе немало тайн! Громова с приятной ностальгией осознала, что уже какое-то время нервно отбивает ступнёй незатейливый ритм — явный признак нарастающего нетерпения. Поэтому, приняв окончательное решение, она встала с дивана и направилась прямиком в библиотеку. До отбоя ещё полтора часа. Незачем терять время попусту.
— Ты просто не можешь не ввязаться в очередную авантюру, не так ли? — едва слышно прошептала Мира, ругая саму себя. — Недаром мама часто дразнила тебя то любопытной Варварой, то лисой! Смотри, как бы твой пушистый хвост не пустили на воротник!
Библиотека почти пустовала. Лишь несколько старшекурсников старательно записывали что-то в длинные свитки, сидя под скудным светом немногочисленных свечей. Стараясь не издавать лишних звуков, Громова обратилась за помощью к библиотекарю. Выслушав сбивчивую просьбу первокурсницы и окинув ту скептическим взглядом, сухая, но статная женщина со строгими серыми глазами поднялась с насиженного места и отправилась куда-то вглубь стеллажей. Зачем столь юной девочке на ночь глядя понадобилась книга о древних артефактах, Мадам Редмонд — именно так звали библиотекаря — решила не уточнять.
— Благодарю, — получив вежливый кивок в ответ, Громова уселась в самый дальний угол и с наслаждением открыла потрёпанную книгу, вдыхая запах старой краски, пыли и знаний.
Она ни секунды не сомневалась в принятом решении во что бы то ни стало найти загадочный артефакт. Более того, Мирослава точно знала, какой вопрос хочет задать оракулу. Девочка давно ждала подходящего повода, чтобы сорваться и с головой нырнуть в горькие тайны прошлого.
Громова всегда безумно любила родителей. Всё её детство было наполнено теми лёгкими беззаботностью и теплотой, которые, несомненно, должны присутствовать у каждого ребёнка без исключения. Василиса, мама Миры и сильная волшебница из древнего рода Громовых, с юных лет обладала выдающимся талантом прорицания. Семья имела большие ожидания касательно наследницы, но, как иногда бывает, Василиса их не оправдала: по уши влюбилась в обычного магла, наплевала на запрет родителей и сбежала, уничтожив планы на брак по расчёту.
«Кем бы они ни были, какими силой и влиянием ни обладали бы, они никогда не смогут забрать мою любовь. Я не позволю этому случиться», — откровенные слова матери, сказанные однажды глубокой майской ночью, Мирослава запомнила на всю жизнь. Ей тогда только исполнилось восемь. Василиса и Александр отмечали день рождения драгоценной дочери глубоко в лесу, в их добротном просторном доме, который папа Миры, не без помощи жены, для них построил. В подарок на восьмилетие девочка получила зачарованный серебряный кулон в виде ромашки, о магических свойствах которого ей предстояло однажды узнать самой.
Наверное, та ночь стала самой счастливой в её недолгой жизни. Тогда девочка ещё не догадывалась, что судьба в скором времени преподнесёт ей чудовищный сюрприз: всего через пару месяцев родители Миры погибли, заживо сгорев в их уютном доме на берегу лесного озера. Мирослава же осталась в живых лишь благодаря самой Василисе, отправившей дочь погостить на неделю к родной тётушке, очевидно, предчувствуя надвигавшуюся беду. С течением времени чувство уверенности в неслучайности произошедшего пускало корни всё глубже и глубже в невинное сердце. Мира никак не могла поверить, что её мать — одна из самых могущественных и одарённых ведуний их рода — не смогла предотвратить собственную смерть. Более того, мысль, что всё произошедшее являлось хорошо спланированным преступлением, росла и крепла вместе с Громовой.