Вспоминая последние месяцы жизни с родителями, Мирослава обнаруживала всё больше странных фраз, как бы невзначай брошенных матерью, её грустные взгляды, слишком крепкие и долгие объятия. А ещё участившиеся походы на рыбалку с отцом, его увлекательные рассказы и тёплые поцелуи в макушку на ночь. Словно Василиса и Александр прощались с дочерью. Но… для чего это всё было?
Сквозь навернувшиеся слёзы Мира вспомнила одни из последних слов, сказанных ей матерью: «Знаешь, иногда нам приходится покориться судьбе и принять её выбор, каким бы безумным и тяжёлым он ни казался на первый взгляд. Помни, что в конечном счёте дорога обязательно приведёт к тому, кто тебе предначертан».
В день, когда родителей не стало, в небе очень ярко светило солнце. Мира играла с двоюродным братом в саду, вдыхая аромат первых яблок. Вдруг во двор вошёл хмурый уставший Демид, которого она не видела уже как пару лет.
С того самого момента детство Мирославы Громовой кончилось.
Глава 4. Надвигается шторм
Остроконечные башни, украшавшие Тауэрский мост, грозными пиками пронзали чёрные тучи. Холодный хлёсткий ливень продолжал усиливаться, грозясь затопить весь ночной Лондон. В столь поздний час горожане предпочитали не высовываться из своих уютных домов, что, впрочем, было только на руку скрытному незнакомцу, который трансгрессировал точно в центр пешеходного тротуара знаменитого моста, почти национальной гордости англичан. Опасливо оглядевшись, мужчина вжал голову в плечи и спрятал мгновенно замёрзший нос за толстым шарфом. Его рука дернулась к карману пальто за волшебной палочкой: сквозь размеренный гул разбушевавшегося дождя нельзя было разобрать сотворение водоотталкивающих и согревающих чар. Он вновь осмотрелся и на этот раз всё же заметил высокую широкоплечую фигуру в длинном чёрном плаще с капюшоном, которая, облокотившись о перила, отрешённо вглядывалась в неспокойные воды Темзы. Не желая терять время, незнакомец спешно направился к своей цели, на ходу подняв тёплый воротник пальто.
— Доброй ночи! — громко поздоровавшись, мужчина скопировал позу собеседника, устремив взор на горизонт. — Господин, прошу простить за дерзость, но я никогда не понимал вашей любви к этому мосту.
Видимо, мужчина хотел добавить что-то навроде «Зачем было устраивать встречу на улице в такую непогоду?», но благоразумно смолчал. Опасался вполне заслуженно. «Господин» при этом медленно повернул голову и с нескрываемым раздражением оглядел визитёра. Под тёмным капюшоном сверкнули выразительные глаза.
— Хоть ты и полукровка, иногда ведёшь себя как пустоголовый олух из священных двадцати восьми.
Очень низкий, бархатистый голос вселял какую-то робость и неуверенность в своих силах, а когда мужчина оторвался от перил, выпрямившись и расправив плечи, разница между собеседниками стала слишком очевидной. Недовольно нахмурив брови, господин сделал незаметный пас пальцами, наслав на подчинённого обычное Фините без использования палочки, и ливень с новой мощью обрушился на сжавшегося волшебника, заставив его мгновенно продрогнуть до костей.
— Водоотталкивающие чары хорошо видны под дождём. Странно, что ты этого не предусмотрел.
— Простите, господин.
— Рассказывай, — небрежно махнув крупной ладонью, мужчина вновь вернулся к созерцанию ночной Темзы.
— Студенты приступили к учёбе без происшествий. Среди преподавательского состава Хогвартса опасение вызывает лишь Дамблдор и, возможно, Вилкост. Хоть старуха довольно часто жалуется на здоровье, за ней следует приглядывать повнимательнее. Диппет стал совсем плох, думаю, он не доставит никаких проблем. Я уже начал составлять подробную карту подземелий Хогвартса и…
— Сколько времени у тебя займёт составление полной карты? — в низком голосе ощутимо прозвучали стальные нотки.
— Сложно сказать… Замок просто огромный! К тому же коридоры и лестницы имеют свойство менять своё положение… — получив в ответ тяжёлый взгляд, волшебник поспешно продолжил: — До Рождества! Я постараюсь закончить к Рождеству!
— Это долго, — господин на несколько секунд замолчал, задумавшись. Будто машинально снял с безымянного пальца левой руки массивный перстень с изображением то ли волка, то ли медведя и принялся его вертеть. — Продолжай заниматься картой до Рождества, но подземелья и подвалы должны быть исследованы в ближайший месяц. Отчёт каждую неделю.