— Вот, — с довольством провозгласил Том, поправив волосы. — Я обнаружил её несколько дней назад, когда искал что-нибудь полезное про замок. Там больше информации по истории Хогвартса, но в одной главе… — он открыл нужную страницу и указал пальцем на небольшое чёрно-белое изображение. — Смотри. Ничего не напоминает?
На первый взгляд картинка казалась ничем не примечательным рисунком, показывающим неискушённым зрителям странное сочетание из цветов и частей человеческого тела. Но приглядевшись, Мира заметила едва различимую надпись на тонкой ленте, обвивавшей общую композицию.
— Поняла, да? — быстрый голос с каждым словом звучал всё более оживлённо. — Если всмотреться, то можно прочитать странную фразу на латыни. «Семь частей — семь чудес. Каждое дарует тебе награду». Судя по тексту, речь идёт о семи частях тела одного волшебника прошлого, завещавшего своё тело миру. Руки, ноги, грудная клетка, таз и… голова. Все они были переданы на хранение в разные места, а кое-что досталось и нашей школе. Угадаешь, что именно?
Мирослава снова взглянула на необычный рисунок. Голова с закрытыми веками покоилась среди больших подсолнухов, будто живая, лишь погружённая в глубокий сон. Удивительное открытие вызвало в душе фонтан новых эмоций. Неужели они и правда смогут найти артефакт? От этой мысли у Миры буквально перехватило дыхание.
— Думаю, стоит обратить внимание на изображённые цветы, — Реддл обвёл ногтем рисунок и ткнул в один из подсолнухов. — Если верить записям, то они используются здесь не просто так. Возможно… Тут может быть что-то, связанное с проклятиями.
Последнее слово Том произнёс почти шёпотом и огляделся, просканировав пространство серьёзным взглядом. Внутри Громовой что-то инстинктивно сжалось, как перед прыжком. Вероятность того, что поиски могут оказаться не весёлым приключением, а вполне реальной опасностью, её не порадовала. Но отступать было уже поздно.
— Думаешь, эта голова может быть проклята?
— Кто знает, — Реддл развёл руки в стороны и пожал плечами. — Раньше волшебникам нравилось зачаровывать артефакты защитными заклинаниями. Мы не можем предугадать, насколько тёмными они являются на самом деле.
— Ты… — Мира осторожно посмотрела на напарника сквозь опущенные ресницы. — Ты же не откажешься помогать мне? Ну, в поисках головы…
— И упущу возможность раскрыть хотя бы один секрет этого замка? Ни за что.
Стойкая уверенность в его тоне успокоила Громову. Пусть они и подписали своеобразный договор, оба так или иначе подсознательно понимали, что это лишь обычная бумага, никак не связывающая их настоящими обязательствами. Но общий секрет, разделённый за этим столом, становился дороже любой оставленной чернилами подписи. На него можно было сделать ставку.
— Тогда можно встречный вопрос? — когда Мира кивнула, Реддл усмехнулся. — Когда ты собираешься рассказать мне про своё странное заклинание? То, которым ты прокляла Пивза.
Мирослава отвела взгляд, нервно перебирая под столом пальцами. Ну вот и как она теперь должна ему признаться? Грудь остро кольнула совесть.
— Видишь ли… — осторожно начала Громова, сжав край мантии. — Мой заговор… Он на другом языке. Не думаю, что получится так легко его выучить.
В тёмных глазах снова явственно читалось нетерпение. Обречённо вздохнув, Мира постаралась записать все слова на бумаге, неумело пытаясь заменить кириллицу латинскими буквами. И когда желаемое оказалось в руках у Реддла, мальчик с недоумением поднял глаза на одноклассницу.
— Что это?
— З-заговор? — Громова робко улыбнулась и постаралась придать голосу больше уверенности. — Не советую читать его в общественном месте. Может, найдём какой-нибудь пустой коридор на первом этаже, чтобы ты потренировался?
— Хочешь сказать, что этот набор букв — то самое проклятие, которое ты наслала на Пивза? — аккуратные дуги бровей взлетели вверх. Мира кивнула.
— Ему меня научила мама, когда мальчишки из соседней деревни стали докучать. Заговор простенький, зато действенный. И если злоупотреблять им, то… ну… Он может «отзеркалить» в тебя, но с противоположным эффектом.