Мира и Том взволнованно переглянулись. Если их сейчас застанут у прохода к артефакту, дело добром не кончится. Схватив напарницу за руку, Реддл быстро двинулся в противоположную от взрослых сторону. Куда бы ни привела их эта дорога, всё будет лучше, чем встреча с преподавателем.
Оценив обстановку, Громова решила пойти ва-банк. Прикрыв глаза, она всеми силами попыталась сосредоточиться. Вереница картинок заскользила перед внутренним взором странными обрывками, но одно Мира выловила из них точно: они смогут вернуться обратно в целости и сохранности. А что самое главное – абсолютно незамеченными. Остальное уже не имело значения.
***
На следующее утро Мирослава чувствовала себя как никогда разбитой и обессиленной. Ночная вылазка, затянувшаяся на долгие часы, теперь ложилась на неё болезненной сонливостью и рассеянностью, грозя вылиться в неприятности на занятиях. Уже в Большом зале, опустившись за стол рядом с Мередит, Громова поняла, что день предстоит не из лёгких.
— Тебе бы последить за своими словами, Малфой.
Громкий голос старосты донёсся до Мирославы словно сквозь толщу воды. Обернувшись на звук, она обнаружила Вайолет, с полным презрения лицом смотревшую на Абраксаса.
— Что происходит? — тихо спросила Мира у подруги. Кинхейвен неприязненно поморщилась.
— Этот болван опять начал разговоры о чистоте крови. Хорошо, что никто из преподавателей пока не в курсе, иначе быть беде…
Светловолосый мальчишка тем временем, с лёгкостью выдержав колючий взгляд старосты, нагловато улыбнулся и ответил:
— Разве я сказал что-то не то? Статус семьи всегда имел значение в магическом мире. Не вижу смысла это отрицать. Род Селвинов ведь тоже есть в списке «Священных двадцати восьми», верно? Так какие ко мне претензии?
На загорелой коже заметно заходили желваки. Сдвинув тёмные брови, Вайолет резко выпрямилась и ровным голосом отчеканила:
— За такие разговоры в наши неспокойные времена, мистер Малфой, можно попасть в очень большие неприятности. В качестве урока предлагаю вам и вашим приятелям, мистеру Эйвери и мистеру Лестрейнджу, помочь с уборкой в теплицах. Профессор Бири как раз жаловался, что ему не хватает рабочих рук. Буду ждать вас там после занятий. Может, славное время наедине с растениями поможет мистеру Малфою набраться благоразумия и терпимости, если он не хочет оказаться связанным с деятельностью некоторых волшебников.
Губы Абраксаса тут же сжались в тонкую линию. Сверкнув серыми глазами, он сдержанно кивнул и, когда староста отошла от их части стола, что-то быстро зашептал своим товарищам.
— Такие никогда ничему не учатся, — вздохнула Громова, заставив Мередит легко улыбнуться. — Мама всегда говорила, что если человек помешан только на своём статусе, то больше похвастаться ему просто нечем.
Первым уроком сегодня числилась Трансфигурация. Нестройный ряд студентов медленно двинулся по направлению к нужному кабинету, тихо переговариваясь по поводу недавнего происшествия. Торопливо вчитываясь в конспекты, чтобы хоть как-то настроиться на занятие, Мира вдруг услышала раздавшийся неподалёку голос Долохова.
— Не думал, что кому-то хватит мозгов нахамить Вайолет. Надеюсь, теперь этот утырок научится держать язык за зубами.
Поискав глазами Малфоя, Громова с тяжестью в груди поняла, что прилетевшие в его адрес слова одноклассник всё же слышал. И его заалевшие уши были тому ярким доказательством.
Они дошли до класса в относительном спокойствии. Болтая с Мередит, Мира почти забыла об утренних дрязгах, когда вдруг поняла, что ни Антонина, ни Тома поблизости нет. Друзья, прежде шедшие вместе с толпой первокурсников, неожиданно исчезли, и где-то в глубине души Громова чувствовала, что они столкнулись с неприятностями. Прилежный Реддл просто не мог позволить себе опоздать на занятие.
Попросив Мередит дождаться её возвращения, Мирослава поспешила обратно по коридорам, заглядывая в каждый встречавшийся по пути закоулок. И спустя несколько долгих минут всё же нашла в одном из них знакомые лица. Правда не в том положении, в котором рассчитывала.
— Интересная идея, Абраксас, — почти ласково прошипел Том, сжимая палочку. — Полагаю, одного наказания за сегодня тебе было мало?