— И всё же это оказалось полнолуние, — задумчиво хмыкнула Громова и повернулась к Тому. — Нам несказанно повезло разгадать все загадки за один лунный цикл.
— Это не везение. Это результат вложенных усилий.
Когда колокол оповестил о приходе полуночи, Реддл уверенно прочитал появившуюся на гобелене надпись, позволяя волшебным чернилам вновь скользнуть по коридору. На этот раз путь показался ребятам ещё более волнительным, одурманивающим до восторженного экстаза, ведь теперь впереди их ждало столь желанное окончание выматывающих поисков. Мира с предвкушением улыбнулась. Ещё немного – и она узнает ответы на мучавшие душу вопросы. Сейчас от цели их отделяет лишь пара шагов.
Волшебная арка засияла во мраке коридора. Складывающиеся в буквы завитки маняще сверкнули, ожидая следующего хода маленьких искателей. Том с вызовом поднял палочку и тихо, но решительно произнёс:
— Экспекто Патронум.
Серебристый питон заскользил по каменной кладке, шурша чешуёй. Его призрачное тело, подсветив взволнованные лица ребят, с шелестом вошло в стену, прямо между основаниями арки. Витиеватая роспись на мгновение ярко вспыхнула и тут же погасла, оставив после себя тончайшую резьбу. И вдруг, будто повинуясь движению древнего механизма, по единому массиву стены расползлась большая вертикальная трещина.
— Том, у нас получилось! — восторженно зашептала Мирослава, дёрнув одноклассника за рукав. Реддл промолчал, как загипнотизированный наблюдая за происходящим.
Тем временем трещина, становясь всё более заметной, чётко обозначила открывающуюся дверь. Её тяжёлые полотна затрещали, сдвигаясь со своего места, позволяя тьме заполнять пространство между ними. И когда две равные части каменной арки окончательно разделились и разъехались в стороны, подростков обдало потоком затхлого пыльного воздуха. Но было в этой смеси запахов нечто ещё, что разительно отличало просторное помещение, открывшееся взору, от обычных заброшенных кабинетов огромного Хогвартса. Магия. Тёмная, запретная магия. Её сладковатый, слегка дурманящий аромат наполнил лёгкие Миры, заставив волосы на голове встать дымом. А Том, будто бы опьянённый победой, нетерпеливо бросился вперёд. Громова попыталась ухватиться за край мальчишеской мантии и призвать к осторожности, но напор Реддла было не одолеть. Мирославе ничего не оставалось, кроме как поспешить за одноклассником, молясь всем богам, чтобы скрежет камней раздвоившейся арки не привлек внимание посторонних.
Не успели юные исследователи преодолеть и несколько метров, как Громова запоздало заметила, что проход за их спинами вновь закрылся, однако, не издав ни единого звука. Окинув взором просторное полукруглое помещение без окон, стены которого были украшены лепниной, тонкими неизвестными узорами мозаики и венчались стройными рядами загоревшихся факелов, Мира задержалась на худой фигуре Тома. Он замер с идеально ровной спиной, крепко сжав кулаки, а его возбуждённые глаза пожирали внушительных размеров алтарь, находящийся в самом центре зала.
Это каменное произведение искусства, которое Мира скромно обозначила словом «алтарь», не давало усомниться, что создал его наиталантливейший волшебник. Конечно, волшебник! Маглы на подобное не способны.
Удивительное сооружение представляло собой тонко высеченный из мрамора прямоугольник, верхняя поверхность которого доставала Громовой до груди. Каждую сторону украшал сюжет, посвящённый другим артефактам из этой же легенды. Многочисленные драгоценные камни и позолота в изобилии отбрасывали свои игривые блики от настенных факелов, а вычурные объёмные растительные узоры, основная часть которых являлась крупными цветками подсолнухов, создавали цельность композиции.
Но, что самое главное, на алтаре возвышалась причина их поисков – артефакт Говорящей Головы, на деле оказавшийся золотой скульптурой красивой девушки, украшенной всё теми же драгоценностями и неизменными жёлтыми подсолнухами.
— Так это женщина… — хриплый голос Тома, многократно усиленный пустотой огромного помещения, заставил Миру едва ли не подпрыгнуть на месте от неожиданности.
Она не успела как следует рассмотреть долгожданную находку, не успела перевести дух или хотя бы что-то ответить нетерпеливому однокласснику. Том, как всегда, поступил по-своему, выбив почву из-под ног: совершенно потеряв голову от манящей близости вожделенного артефакта, он неудержимо бросился вперёд, а когда в спину прилетел испуганный вопль Громовой, и не подумал остановиться. Его нога уверенно опустилась на каменную плиту с вырезанной на ней крупной незнакомой руной, а затем произошло то, чего непутёвые слизеринцы не смогли или не захотели предугадать.