Селвин, тихо вздохнув, утвердительно кивнула. Гостиная тут же взорвалась аплодисментами и вдохновлёнными вскриками предвкушавших празднование школьников. Мердок и Уилморт, два слизеринских охотника, с громким пением подхватили Эллиота и подкинули в воздух:
— Могучая сила и зоркий глаз – пробил охотников сладостный час! Где нужны ловкость и точный пас – хороший охотник справится в раз! Пусть плачет вратарь другой команды, ведь трио охотников идёт рвать ему гланды! На кол забивщиков, к троллю ловца – наши охотники всех лучше всегда!
Смех и поддержка остальных ребят перемешались с шутливо-недовольными возгласами членов квиддичной команды: Кеннет на правах капитана и забивщика отвешивал смельчакам дружеские подзатыльники, Винки Крокетт, шустрая ловец-третьегодка, с каким-то особым удовольствием щипала Силя Мердока за предплечья, а Кевин Гилмор и Леман Мерсер, второй забивщик и вратарь, с хитрющими ухмылками нашёптывали что-то, взмахивая палочками. Атмосфера искреннего веселья и дружелюбия редко вспыхивала в комнатах Слизерина, но горела достаточно ярко, чтобы наполнить сердца своих студентов нежной теплотой. Мира, не сдерживая более улыбку, запела вслед за разбушевавшимися ребятами. Сегодня их факультет снова показал себя с лучшей стороны. И это было только начало.
После суеты праздничного вечера большинство школьников нехотя разбрелось по своим спальням. Рухнув от накопившейся за день усталости в мягкую постель, Мирослава громко вздохнула. Шум дыхания эхом разошёлся по стенам просторной комнаты, словно шелест усиливавшегося в последнее время настоящего зимнего ветра. В спальню вернулись лишь она и Мередит, на лице которой так и читалось желание поскорее забраться под одеяло. Однако Кинхейвен, игнорируя сонливость, с грацией кошки вдруг запрыгнула на громовскую кровать. Мира, в это время снова погрузившаяся в размышления о невесть куда пропавшем Реддле, вздрогнула от неожиданности.
— О чём думаешь? — повседневно поинтересовалась подруга, плюхнувшись рядом на пышные подушки. Громова пожала плечами.
— Да так, о разном. Столько всего случилось за это время. Даже не верится, что прошло уже больше трёх месяцев с начала учёбы.
— Вот уж точно. — Мередит задумчиво вгляделась в складки тёмно-зелёного балдахина, украшенного изящной серебряной вышивкой. — Пребывание здесь порой кажется мне настоящим сном. Пусть папа и рассказывал о Хогвартсе, реальность оказалась намного лучше. Хотя, признаться честно, предрассудки о Слизерине всё же сумели подпортить первое впечатление…
— Предрассудки? — удивилась Мира, в порыве любопытства приподнимаясь на локте.
— Ты ведь и сама наверняка заметила, что на нашем факультете хватает заносчивых идиотов и откровенных снобов, — тихо хихикнула Кинхейвен, инстинктивно посмотрев в сторону незакрытой двери. — Слизерин славится тем, что старается принимать в свою семью только чистокровных аристократов или потомков особо выдающихся волшебников. И обе эти категории явно не стремятся занять первое место по простоте в общении. Впрочем, всё не так уж и плохо. — Она мечтательно прикрыла глаза. — Даже среди этой псевдоаристократии можно встретить по-настоящему хороших людей. Кого-то вроде тебя, к примеру.
Громова весело рассмеялась.
— Я рада, что ты считаешь меня хорошим человеком, — с улыбкой ответила она, обняв лежавшую рядом подругу. — Хотя, думаю, ты всё же ошибаешься насчёт остальных ребят. Они ведь не виноваты, что родились в таких семьях. А мы всегда можем помочь им взглянуть на мир не только через призму их родителей.
— Никак не перестану удивляться, какая же ты ещё наивная и невинная, — хихикнула Мередит. — Но, может, ты и права. Мы ведь тоже не виноваты в том, что один из наших родителей – магл, верно?
Тихий разговор в полумраке освещаемой лишь несколькими светильниками спальни сливался с мерным плеском озёрной воды, легко покачивающейся за большими панорамными окнами. Почти уснувшая под собственный шёпот Громова мигом взбодрилась, когда Мередит, вдруг как-то игриво улыбнувшись, задала очередной мучавший её вопрос:
— Слушай, а что ты думаешь об Эллиоте?