Но Громовой было наплевать на ехидные шуточки Яксли. Сегодняшний вечер уже стал для неё одним из самых незабываемых школьных воспоминаний. И ничто не могло его испортить.
На следующее утро коридоры заполнились одетыми в дорожные мантии учениками, волочившими за собой чемоданы с вещами. Мистер Прингл и мистер Гренвик, смотритель Хогвартса, помогали младшекурсникам на выходе из замка, а профессор Флитвик, маленький и юркий, словно хорёк, отправлял левитировать самые тяжёлые из студенческих сумок. Попрощавшись с Мередит, с влажными глазами обещавшей присылать во время каникул как можно больше писем, Мира отправилась в Большой зал. Сверкающий огнями и богатым праздничным убранством, он непривычно пустовал, принимая в свои объятия лишь малую долю оставшихся в замке школьников. Факультетские столы, прежде полнившиеся шумными ребятами, сейчас напоминали голые ветви зимних деревьев, на которых редкими стайками сидели группки студентов. Стол Слизерина не был исключением: со всех семи курсов их факультета осталось не более десяти человек.
— Я думала, ты уже уехал! — удивлённо воскликнула Громова, увидев непринуждённо уплетавшего сочную индейку Антонина. Долохов, забавно закряхтев, повернулся к ней с широкой улыбкой.
— И ничего тебе не сказал? Не такой уж я и козёл, между прочим! — рассмеялся мальчик, похлопав по месту рядом с собой. И, когда Мирослава села, обречённо вздохнул: — Вообще-то… Это меня так родители наказали. Не переживай! — всплеснул он руками, когда одноклассница напряжённо нахмурилась. — Ничего серьёзного не случилось. Просто у меня вышли не самые лучшие оценки за этот семестр, так что мама предложила отменить поездку и остаться в школе ради дополнительных занятий. Как будто я действительно собираюсь все каникулы просидеть в библиотеке!
— Но ты же хорошо учился в начале года!
Вместо ответа Антон неловко почесал затылок. Пышная шапка привычно взлохмаченных каштановых волос качнулась вслед движениям его головы.
— Что ж, в любом случае, я рада, — улыбнулась Мира, похлопав друга по плечу. — Я боялась, что останусь совсем одна на эти две недели.
— А как же Том? — с искренним недоумением спросил Антонин, заставив Громову нервно дёрнуться. — Он ведь тоже никуда не поехал.
— Ну…
Объяснять ситуацию Долохову было слишком долго и затруднительно, ведь в их с Реддлом истории оставалось достаточно много секретов от остальных учеников. Найдя глазами причину своих волнений, Мира постаралась сдержать усталый вздох: Том сидел один, почти у края стола, с безэмоциональным лицом листая очередную взятую из библиотеки книгу. Ответ пришёл в голову сам собой.
— Реддл – самый замкнутый человек, которого я когда-либо знала. Не думаю, что он предпочёл бы моё общество каким-нибудь древним учебникам по чарам или древним рунам.
И это было правдой. Единственная причина, по которой Том всё это время возился с ней, – его собственная выгода в поиске артефакта. Сейчас, когда этой причины больше нет, Мире придётся постараться, чтобы придумать новую.
— В таком случае, — хитро ухмыльнулся Антон, — я возьму на себя ответственность и устрою самые весёлые каникулы в твоей жизни! Вот увидишь!
Долохов не шутил. Весь Сочельник, как только завтрак подошёл к концу, пышущий энергией Антон водил Громову по всем местам, в которые девочка не рисковала или не думала заходить. Оружейная, Трофейный зал, кухня и даже ванная старост, на которую им удалось взглянуть лишь одним глазком, когда оставшийся в замке капитан квиддичной команды Когтеврана решил погреться после тренировки на улице, – об этих помещениях Мира лишь изредка слышала от одноклассников или старшекурсников, но сама и не планировала посещать. И вот теперь, стоя в последнем пункте их экскурсии – большой совятне, она ещё больше проникалась любовью и интересом к древнему замку, в котором расположилась их школа.
— И это только начало, — с важным видом отметил Долохов, обводя рукой застланное соломой круглое помещение. От вида птичьего помёта и мышиных скелетиков, видневшихся на настиле даже в вечерней полутьме, Миру замутило. — За эти две недели мы раскроем ещё множество тайн Хогвартса, так что даже Реддл нам позавидует!
Громова едва сдержала смешок. Знал бы Антон, чем они с Томом занимались в последние месяцы…
После долгой прогулки по холодному замку пустая спальня казалась уютным убежищем. Как следует завернувшись в большое одеяло, Мира с облегчением улыбнулась. Всё оказалось куда лучше, чем она предполагала. Присутствие жизнерадостного Долохова, с готовностью ввязывающегося во все возможные приключения, было для Мирославы лучшим лекарством от одиночества. И если всё пойдёт так и дальше, то каникулы пролетят, как одно мгновение, а в замок вновь вернётся ставшая привычной шумная суета.