Впрочем, вскоре Асеро стало не до задушевных разговоров, потому что Зоркий Глаз погиб. Асеро пришлось занять место своего командира, и главной задачей для него теперь было захватить в плен Острого Ножа и судить его. В конце концов он с этим справился. Фасолина дожила до этого суда и выступала на нём как свидетельница. Среди наложниц была найдена живой её внучка Росинка, которая после окончания войны вышла замуж за одного из тех воинов, которые взяли Острого Ножа в плен.
От суда у Асеро потом осталось тягостное впечатление. Острый Нож сидел, нахально развалившись (прямо как Писарро в "Позорном Мире") и на все обвинения отвечал: "Это наша земля, и мы, каньяри, имеем право делать на ней всё, что захотим". "Всё" включало в себя убийства, пытки, обращение людей в рабство... И многие каньяри реагировали на такие речи одобрительно. Даже пленённый и обречённый на казнь, Острый Нож для каньяри оставался авторитетом, и им было совсем плевать на горе пострадавших от него даже трижды мирных иноплеменников. "Раз вы считаете, что ваша земля даёт вам право обращать других в рабство, то вы лишитесь её!" -- во всеуслышанье объявил тогда Асеро. Каньяри издали недовольный ропот, но воспротивиться этому приговору уже не могли.
Но прежде казнили самого Острого Ножа. Асеро лично вызвался быть палачом, и впоследствии никогда не раскаивался в этом, так как приговор мерзавцу был вполне справедлив, а чистоплюйство, требующее поручать "грязное" кому-то другому, чтобы самому не "марать рук", было у инков не в почёте.
Каньяри прежде высылали за предательство во время войн, и на определённый срок привлекали к тяжёлым работам, но это не сильно помогало. Потому что потом они возвращались к скотоводческому образу жизни, а через некоторое время принимались за старое. Асеро же решил, что их надо лишить права заниматься скотоводством, навсегда превратив в земледельцев и ремесленников.
Почему было решено сделать так? Да потому, что именно скотоводство каньяри считали признаком своего превосходства над остальными. Мы, мол, гордые и воинственные, не чета вам, в земле и мастерских копошащимся. Огороды они хоть и имели, но считали в общем-то бабским делом, а работавших в мастерских считали кем-то вроде рабов. Юношей Асеро не понимал этого -- ведь его отец никак рабом не был, наоборот, он гордился своим ремеслом. Лишь по ходу войны он понял. Каньяри считали, что первую часть жизни, детство и юность, пока ты не доказал свою крутость перед старшими, надо быть безропотно покорным, но вот если ты доказал свою крутость, то можно оттянуться! Ну а в мирное время приходится ждать того момента, пока никого из более старших предков над тобой не останется. Но ждать этого можно долго, не всем по нраву провести жизнь в покорности до сорока-пятидесяти лет, так что война была желанной и по этому поводу. Каньяри знали, что в мастерских есть простые работники, и есть начальники над ними, но начальниками становятся далеко не все, да и над ними тоже в свою очередь есть начальники вплоть до Первого Инки. И отношения между начальниками и подчинёнными они мыслили так же, как отношения между старшими и младшими у себя в семьях. То есть люди, над которыми есть кто-то сверху, казались полурабами-полудетьми, то есть существами заведомо низшими. Идея, что начальник может вовсе и не обладать абсолютной властью и правом унижать своих подчинённых, до каньяри доходила с трудом.
В общем-то, выселение непокорных племён приятным делом не назовёшь. Выселять нужно было вместе со стариками, женщинами и детьми, всё это происходило неизбежно с проклятьями и слезами. Многие каньяри проклинали "тирана Асеро", видя в нём воистину исчадие зла, но тот вспоминал родной айлью и был неумолим. Впрочем, та же память о родом айлью помогала ему удержаться и от всяких сверхсуровых мер, применить которые ему советовали иные слишком ретивые помощники. Нельзя было опускаться до уровня Острого Ножа и поднимать руку на беззащитных и безоружных, нельзя заставлять дополнительно страдать женщин и детей... Впрочем, говорят, что его именем всё равно матери каньяри пугали и пугают своих младенцев... А вот как раз воинам его было проще если не простить, то понять, ведь они знали, чем виноваты...
Кроме того, важно было не перепутать непокорных с относительно лояльными, чтобы ещё больше не нажить себе врагов. Именно в процессе этой работы Асеро познакомился с Инти и его отцом, многому научившись у них. Но, может, они всё-таки допустили какие-то ошибки, точнее, упустили что-то важное? Достаточно ли было просто заставить каньяри сменить образ жизни? Или времени не хватило просто, должны были пройти поколения, чтобы те перестали так же легко воспламеняться, как сухая солома в летний зной?