-- Саири, я не понимаю. Неужели у Жёлтого Листа была такая поддержка среди носящих льуту? Почему они не дали его арестовать.
-- Коралл, пойми одну важную вещь. Дело не в том, что Носящие Льяуту любили Жёлтого Листа. Дело в том, что они не любили меня. На нас всегда смотрят с опаской. Вдруг мы переступим меру необходимого и начнём произвол? Потому без веских доказательств я не мог никого тронуть при всём желании. Так-то трудно было не понимать, что он человек в общем-то паршивый. Но террора и произвола от него не ждал никто, кроме меня, Асеро и Горного Ветра.
Коралл угрюмо пытался осознать сказанное. До того он был о Носящих Льяуту лучшего мнения. А они, оказывается, рассуждали как обычные обыватели! Неужели Ворон в чём-то прав, и стоящих людей мало даже среди сынов Солнца? Хотя, конечно, на Инти тот наезжал совсем зря.
Наконец они подошли к подвесной дороге. Инти окликнул служительницу и сказал, что собирается отправиться по дороге вниз. Потом спросил:
-- Много ли в этот сезон дают шерсти альпако?
-- Немного. Ламы дают больше.
-- Ничего, стада альпако скоро увеличат поголовье. Капибара, я ведь помню тебя. Значит, эта дорога в наших руках?
-- Пока да, Саири. Заменить людей, которые умеют обращаться с этим механизмом, весьма непросто. Это на воротах можно ставить кого угодно.
Нашего главного... его вызывали, требуя выдать, кто из наших связан с тобой. Он врал, что не знает, и никого не выдал. Но... его там пытали, и после он слёг. Не знаю, надолго ли... Впрочем, англичане настаивают на том, чтобы эту дорогу вообще остановить. Но их союзники вроде не вполне согласны. Причина разногласий проста: у англичан есть цель вообще уничтожить все наши ткацкие мастерские, чтобы у их мастерских не было конкурентов. Но кое-кто хотел бы это добро присвоить. Пока они стараются этот вопрос не подымать, но потом он всплывёт обязательно.
Говоря это, служительница продолжала ставить тюки с шерстью на деревянные сиденья, проезжавшие по канату вниз.
Инти и Коралл стали ей помогать подтаскивать эти самые тюки.
-- Кто из наших уцелел в городе?
-- Наши люди есть в мастерской. Но поднять тут восстание удастся разве что в случае прямой угрозы закрытия. Без этого шансов нет. Знаю также, что Золотистый Орех жив и его дом пока не тронули.
-- А что известно о судьбе Горного Ветра?
-- Думаю, что он мёртв, но новые власти стараются не трогать эту тему. Убийство человека королевской крови без суда и следствия в Европе не одобряется. Удобнее замолчать его смерть, а живого бы судили.
-- Или он мог сбежать, а они не хотят об этом говорить. А его семья?
-- В плену. Ходили слухи, что его жену собирались судить, но потом англичане отказались от этой идеи.
-- Неудивительно. Ведь чтобы судить человека, его надо для начала признать человеком. Это в нашем мире Лань была полноправной тавантисуйкой, а в их мире она была рабыней, вещью. А разве вещь можно судить? Кроме того, обвиняемому на суде пришлось бы слово давать, а Лань бы уж точно наговорила там такого, что англичанам не понравилось бы.
-- В утешение тебе, Саири, я могу сказать лишь одно. Многих бывших жён и детей инков держат в плену, но целенаправленно их не убивают. Хотя кто-то мог погибнуть от погромов и насилий, но казнить их не казнят.
-- Значит, у англичан на них свои планы.
-- Тут возможны или заложничество, или рабство. Официальное разрешение на рабовладение уже ввели.
-- Шустро они. Скажи, Капибара, вот если мы по этой дороге спустимся вниз, нас кто-то внизу будет проверять?
-- Внизу наши люди. Ничего не бойтесь. Мало того, если в городе вам придётся бежать от кого-то, то смело прячьтесь в мастерской, к вам отнесутся с сочувствием. Все подлецы заняты сейчас грабежом и делёжкой, работать остались одни только честные люди.
-- Резонно. А Золотистого Ореха ты давно видела?
-- Вчера. Вроде к нему интереса не проявляли. Рассказал, что дом Славного Похода разгромили, а его семью тоже забрали в плен. О самом Славном Походе никто ничего не слышал.
-- Капибара... как долго ты здесь пробудешь?
-- Весь сегодняшний день точно.
-- И были случаи, чтобы по этой дороге удавалось кому-то сбежать?
-- Да, Саири. Были. Но я не хочу говорить лишнего даже тебе.
-- Понимаю тебя. Но в случае чего, спастись сами и спасти кого-то по ней мы можем?
-- Разумеется, Саири, -- и Капибара улыбнулась.
-- Ну, Коралл, поехали!
Коралл подозрительно покосился на тонкий канат и на сиденья над пропастью.
-- Эээ... Мне надо... нужду справить.