-- Ну, ты понимаешь, что дело не в этом. Просто они мстили мне, даже считая меня мёртвым. То, что случилось с вами, конечно, очень прескверно, но надо жить дальше. Мы вместе отправимся в Кито, там можно будет вам продолжать учиться... Мать-Земля, я думаю, что с твоим голосом тебе будет нетрудно устроиться в местный театр...
-- Что ты папа, я больше никогда не выйду на сцену! Я просто не смогу.
-- Но почему?
-- Потому что со мной это сделали прилюдно. Перед всем залом, всеми амаута и Девами Солнца. Заставляли смотреть даже тех, кто закрывал глаза и отворачивался. Эти ещё при этом кричали мне, что я актриса, а значит, шлюха без чести...
Девушка не выдержала и заплакала...
-- Ну, полно, полно. Да, они и в самом деле относятся к актрисам как к продажным женщинам. Но даже если бы ты не была актрисой, чтобы этот поменяло? Они ведь знали, что вы мои дочери. Или для них было просто символично -- надругаться над девушками с такими именами, как Мать-Земля и Основа Законов. Но хватит об этом. Быть тебе актрисой или не быть -- это потом решим. А сейчас важнее другое: я опять женат, и когда дойдём, вы познакомитесь с моей женой и вашей новой сестрой. Я очень надеюсь, что вы поладите.
По лицам девушек он пытался понять их отношение к этому факту. Мать-Земля ответила:
-- Да не беспокойся, пап, всё будет в порядке. Нас уже Горный Ветер заранее готовил к тому, что такой человек, как ты, не может быть долго неженатым.
Основа Законов добавила:
-- Папа, если ты женился, значит, ты совсем живой!
-- Конечно, живой, успокойтесь.
-- А тебе, наверное, было очень больно, когда тебя убивали?
-- Да уже, конечно, хорошего мало, -- сказал Инти, соображая, что дочерям и прочей родне лучше сказать правду.
Мать-Земля добавила:
-- Я думаю, что это ещё и очень стыдно. Это же унизительно, когда с тебя одежду срывают! Но я знаю, так просто ты не сдашься, ты ведь отомстишь!
-- Конечно, я этого дела так не оставлю. Только вот на самом деле убили не меня, а моего друга Саири, который должен был изображать меня в отлучке. А я побывал за границей. Но всё равно я им этого не прощу. Как подумаю о пережитом им перед смертью ужасе, так внутри всё от гнева закипает.
-- Папа, а я думала, что это они в тебя ножи вонзали. И не понимала, как ты после этого тело восстановил.
-- Наивные глупышки! -- рассмеялась шедшая впереди Лань. -- Неужели вы в самом деле думаете, что можно быть убитым и воскреснуть? Если человек умирает, то это навсегда. Как навсегда умер Горный Ветер.
-- Это мы ещё посмотрим, навсегда или нет. Расскажи мне о его смерти, -- попросил Инти, -- расскажи мне обо всём, что случилось в тот роковой день. Я должен знать всё. А тебе станет легче.
Лань начала свой рассказ:
-- В тот роковой день, когда мы ещё спали, наш дом уже взяли в кольцо враги. Просыпаясь, я слышала, как Горный Ветер возле дверей спальни говорит шёпотом с кем-то из охраны. Он был, как спал, без туники, в одних штанах и вернулся, чтобы одеться. Увидев, что я уже не сплю, рассказал мне, что дом окружён и что враги, безусловно, подговорённые англичанами, требуют выдать на расправу его и меня. И что обещают пощадить остальных, если они согласятся на выдачу. А если не согласятся, то перебьют всех. Также сказал, что так просто в руки врагов он не сдастся, а штурмом дом взять не просто, так что пока мы в относительной безопасности. Мне надо было позаботиться о детях, потому я не могла особенно внимательно следить, что происходит в передней части дома. А враги были в основном вокруг неё, заднюю часть дома окружили, но попыток ворваться не принимали. Наверное, они знали, что все документы спереди. Помню, что я успела покормить детей завтраком и перепелёнывала Весёлую Игрунку, когда вбежал Горный Ветер. Он что-то говорил об измене и о том, что нам надо бежать в подвал. Сам подхватил сыновей, и я побежала за ним, подвязав малышку за спину... По дороге я почувствовала запах дыма, и мой муж сказал мне, что спереди дома пожар. Он велел сжечь своим людям опасные документы, но кто-то из них то ли случайно, то ли по злому умыслу устроил пожар в доме. Мы добежали до подвала, зашли внутрь, и Горный Ветер закрыл дверь на засов. Потом он подошёл к подземному ходу, попытался открыть его, и в неверном свете факела не сразу заметил, что тот был специально кем-то заделан железками.
-- Проклятье, кажется, я завёл вас в ловушку, -- изменившимся голосом прошептал он.
-- Что же делать? -- в ужасе спросила я.
-- Бежим обратно!
Но тут за дверью раздались голоса врагов. Бежать было некуда. Тогда он сказал мне:
-- Через некоторое время дверь не выдержит. Меня, скорее всего попробуют взять в плен, но я надеюсь погибнуть в бою. Да и в плену я смогу перенести любую муку... Кроме одной -- я не смогу видеть, как пытают тебя. У меня на шее не просто талисман, это склянка с ядом. Выпей из него яд, и ты в один миг глубоко и сладко заснёшь, и врагам достанется только твоё мёртвое тело. Сделай это ради меня, прошу тебя! Ведь ты же не хочешь, чтобы над тобой опять глумились белые люди!