-- Ладно, с этим хватит, давай о Лилии. Почему ты думаешь, что у неё именно поклонник?
-- Асеро, но ведь ты ещё тогда, когда Лилия фактически разорвала помолвку с Золотым Подсолнухом, предполагал, что она влюблена в другого!
-- Предполагал. Но с тех пор много времени прошло. Мы бы узнали, кто это такой, а раз не узнали, то или никого не было, или у неё что-то не заладилось. Уходить из дому она может и просто с целью ослабить контроль над собой. В глубине души я её понимаю: ей совсем не нравится проводить свою молодость под охраной, особенно если дочери Инти при этом гуляют свободно.
-- Асеро, я боюсь, что это такой поклонник, о котором нам знать нельзя. Асеро, ты знаешь... мы бы согласились на зятя любого происхождения, лишь бы это был честный человек. Тебя же не смутил её роман с Золотым Подсолнухом, хотя он был просто студент-сирота. Боюсь, что тут дело хуже.
-- Но если её поклонник не студент, то кем он может быть? По городу ей нельзя без охраны, а охранник бы заметил, если не в сговоре.
Асеро не хотел волновать жену, боясь за их дитя, но мысль о том, что Лилия может быть хоть косвенно замешана в подготовке переворота, не на шутку встревожила его. Как можно спокойнее он уточнил:
-- Она по городу с кем-то одним предпочитает ходить, или идёт с тем, кого в данный момент освободит Теосинте?
-- Соглашалась на любого. Но Асеро, как тебе объяснить... вот были мы тут на пьесе, которую Горный Ветер переводил с английского. Там речь шла о влюблённых из двух враждующих родов. И конечно, они встречаются тайно. Так вот, Лилия после этой пьесы вовсю повторяла: "Как ты сюда пробрался, для чего? Ограда высока и неприступна! Тебе здесь неминуемая смерть, когда б тебя нашли мои родные", "Меня перенесла сюда любовь, её не останавливают стены, в нужде она решается на всё и потому что мне твои родные!"
-- Может, ей просто строчки понравились?
-- Нет, она ещё говорила, что зря мы думаем об англичанах как о злодеях, раз у них пишут и ставят такие пьесы. Асеро, я не могла сознаться в том, как меня опозорил Розенхилл. Асеро, я боюсь, что и её может соблазнить какой-то ловкий проходимец. А может и уже соблазнил...
-- Да, трудно ей понять такое. А что ты ей ещё сказала?
-- Да. Она по-прежнему отнекивается от Золотого Подсолнуха, хотя тот вроде и готов помириться. И говорит, чтобы на неё не давили, что мы всё равно не поймём. И глаза отводит. В том-то и беда, что я её как раз понимаю, похоже. Я пыталась поговорить с ней по душам, но она... она обозвала меня рабыней, вышедший замуж из соображений государственного долга. Сказала, что это было тиранством с твоей стороны жениться на мне. Мне говорили, что по столице ходят слухи, будто ты.... Тогда, много лет назад, взял меня силой, чтобы принудить меня к браку, поставив выбор между тобой и позором. Другие говорят, что это, мол, тебя нарочно принудил к браку мой отец, чтобы прикрыть этот грех, говорят даже, что якобы изменила тебе, чтобы отомстить за брак без любви... Мне гадко и стыдно от всего этого.
-- Любимая, успокойся... Понимаю, кто за этими слухами стоит. Жёлтый Лист, будь он проклят! Но неужели Лилия думает, что я взял тебя силой?
-- Я ей объяснила, что это не так, но она... она просто не хочет себе такой жизни как у меня. И, возможно, и в самом деле не верит, что я пошла на добровольно на затворничество. Она не желает жертвовать свободой ради любви. Потому её так легко может соблазнить тот, кто предложит любовь вместе с мнимой свободой.
-- Сама понимаешь, дело деликатное. Мы же не можем даже принудить её проверить невинность, это она сочтёт унижением и ещё больше замкнётся. Может, с Горным Ветром поговорить? Пропажа схемы -- это ведь очень серьёзно.
-- Разумеется, я сообщила ему о пропаже. Он связывает это с убийством воина из твоей охраны. Ведь эта схема и в самом деле облегчает возможность проникнуть во дворец тайно. Впрочем, он меня другим огорчил -- Розенхилла не выслали из страны.
-- Как так?! Почему он не сказал мне! Но ведь люди Горного Ветра специально проследили, чтобы он взошёл на отплывающий корабль. Неужели они обманули нас?
-- Может, он хотел для начала проверить всё. Он и мне не хотел говорить о таком, но тут один из его людей неосторожно проболтался. Нет, его люди не обманули. Однако его человек написал и передал с оказией, что как только они отплыли, ночью Розенхилл с некоторыми людьми сел в лодку и отплыл обратно.
-- С ума сойти! Значит... значит, его тут ждали. И что ему было готово помогать не так уж мало людей. И людей не случайных... -- рассуждая, Асеро мрачно теребил нижнюю губу.