-- Да, благодаря тебе род Солнца не вымрет, -- Асеро даже улыбнулся. -- Хотя... может они так и торопятся, пока твои дети ещё малы?
-- Моему старшему сыну уже одиннадцать. Рвётся на море. Как вспомнишь об участи сыновей Зоркого Глаза ,и страшно мальца отпускать -- вдруг с ним тоже беда случится? Не знаю уж, что с ними там сделали...
-- Просто жестоко унизили. Киноа, пойми, я ведь затеял это разговор не просто так. Понимаешь ли ты, что твоя мягкость и готовность идти на уступки могут привести к беде? Что распоясавшиеся англичане могут чёрт знает что натворить?
-- То есть ты хочешь поставить вопрос об их высылке? После того, как был наконец-то заключён контракт?
-- А если Горный Ветер предоставит доказательства их коварных намерений?
-- Смотря насколько весомое. Даже если и так, на это я могу дать согласие только при условии, что буду знать точно: они не начнут войну. Когда Горный Ветер это докажет -- я смогу согласиться на высылку.
-- Ну а если войну начнут и так, и эдак?
-- Не понимаю, зачем им это? Ведь можно же договориться...
-- Не всегда. Ты знаешь, нельзя договориться с тем, кто уже твёрдо решил тебя уничтожить... Киноа, ты знаешь о состоянии Небесного Свода. Ему осталось недолго. Я должен вручить жёлтое льяуту тебе, но смогу сделать это с чистой совестью только после того, как англичан вышлют из страны. Ну, во всяком случае, только после того, как ты проголосуешь за это. Если нет, то я, конечно, тоже вручу тебе жёлтое льяуту, но на душе у меня будет неспокойно.
-- Думаешь, мне спокойно? Люди Горного Ветра всех замучили допросами и расследованиями, во всех проблемах видят английский след. Даже в любой естественной смерти или болезни видит отравление. Вот у нас Главный Архитектор уехала по делам в Кито, там занемогла, так тут Горный Ветер тоже отравление подозревает и выясняет на предмет возможных врагов. Честное слово, Горный Ветер на отравлениях просто помешан!
-- Трудно думать по-другому, если у тебя были отравлены прадед, дед и отец. Да и мать, как оказалось, тоже отравили. И любимую мачеху. Я, конечно, очень хотел бы, чтобы Инти вернулся к делам, но, увы, надежда на это тает с каждым днём. Может быть, и его придётся выводить по здоровью...
-- Хорошо, но раз надо кого-то выводить, значит, надо и вводить кого-то. Кого ты предлагаешь?
-- Думаю ввести Радугу, ты ведь не против?
-- Я-то не против, она женщина заслуженная, но она заместитель Главного Амаута, а тот точно будет против, он её даже с руководства обители хотел бы снять. Сперва её обвиняли в том, что она порядок не держит, мол, тайно от неё девушки шалят, хотя тут не столько она виновата, сколько другие кто попускает... Потом скандал затих. Но недавно у неё спор с Заколкой по многим важным вопросам разгорелся...
-- Не слышал об этом.
-- Это случилось, когда ты был в отъезде. Суть спора я не знаю, но знаю, что Главный Амаута хотел бы заменить её на Заколку, и между Радугой и Заколкой назначен диспут, и многое зависит от того, кто в нём победит.
-- Ладно, тут я сам разберусь. Но, скорее всего, в их споре права Радуга, а не Главный Амаута. Я знаю причину его нелюбви: Радуга работала в Службе Безопасности, до сих пор имеет с ней тесные связи, а Главный Амаута считает, что эта служба не должна следить за амаута, якобы, они все из себя такие честные и замечательные люди, что их нельзя оскорблять слежкой и подозрениями. Прямо он так не говорит, конечно, но так следует из его логики.
-- Может, оно и так, а ещё?
-- Да, и ещё я хотел бы вручить синее льяуту Золотому Подсолнуху. Хочу, чтобы он занялся газетой вместо Жёлтого Листа. Мне нужно, чтобы газета была в надёжных руках. Да, Золотой Подсолнух молод и неопытен, но со временем этот недостаток быстро испарится.
-- Теперь я понял тебя. Чтобы важное дело было в надёжных руках -- это важно. И ещё насчёт Жёлтого Листа... Он не так давно заходил в гости к моей жене... которая его племянница. Так вот, он сказал что боится, что льяуту ему не долго носить, говорил какой ты нехороший, мол, зря его обвинять склонен. Ты знаешь, я не люблю сплетни, потому обычно его не слушаю, но тут моя жена спросила его, почему тот дочь сослал в Кито. А он ответил, что у той любовная связь, которую он вынужден был разорвать. И что в случае если льяуту с него снимут, тоже хотел бы переехать в Кито. Так что мой тебе совет -- предложи ему какую-нибудь работу там. Так он и от тебя подальше будет, и при деле...
Асеро вдруг вспомнил, что такие советы ему давал Лаурус относительно Горного Льва... Увы, он не успел их выполнить. И ещё подумал об Алом Мраморе -- ну пусть не Горный Лев его убил лично, но ведь сделали это его сторонники... Нет, иногда слишком мягкие меры ведут к большой крови. Киноа -- очень мягкий человек, и Алый Мрамор был мягким человеком, не склонным к осторожности и подозрениям... И за это поплатился. Но Киноа его не поймёт.