Золотой Лук ответил:
-- Хорошо, отец, я больше так делать не буду, но не забывай, что вчера он оклеветал меня, назвав братоубийцей. Хотя он сам приказал убить Золотого Шнурка!
"Ступай", -- шепнул Птичьему Когтю Асеро, -- "один ты меня не защитишь".
"Я постараюсь найти подмогу" -- шепнул тот, но всё ещё колебался.
Тем временем жители деревни собрались на необычайное зрелище. В случае суда от дел не могут оторваться разве что самые занятые. Женщины робко и со страхом косились на Асеро, и от этих взглядов ему было немного не по себе: "Знали, чем моё имя запачкать, гады", -- подумал он про себя, -- "вот доказывай теперь что невиновен".
-- У меня тоже есть что сказать на тему смерти Золотого Шнурка. Только я поведаю об этом, когда начнётся настоящий суд, а не эта глупая перепалка. И, кстати, как насчёт стула?
-- Я принесу! -- сказал Птичий Коготь.
-- Не смей! -- крикнул папаша Большого Камня. -- Подсудимый должен стоять!
-- Согласно закону, в случае проблем со здоровьем сидеть разрешается, -- сказал Асеро, -- впрочем, если вы не признаёте старых законов, то по каким законам вы собрались меня судить?
-- В отсутствие законов народ сам имеет право решать какого наказания заслуживает мерзавец, -- сказал Дверной Косяк, -- но список твоих преступлений таков, что выбирать придётся лишь между быстрыми и более мучительными казнями. Начнём, пожалуй!
Дверной Косяк подул в рожок, что было сигналом к началу. Потом заговорил:
-- Братья мои, сегодня исторический день. Именно нам выпала честь судить тирана, который погубил множество невинных жизней. Первое обвинение состоит в том, что он предавался жестоким оргиям, на которых насиловал девушек, а чтобы страшная правда не выплыла наружу, убивал их потом и скармливал поначалу псам, а потом и крысам. Всех его жертв теперь не узнать, однако обвинение в гибели своих детей я теперь бросаю ему прямо в лицо! Как вы знаете, братья, были у меня два сына-близнеца, Золотой Лук и Золотой Шнурок, и дочь Стрела. Не мог я на своих детей нарадоваться, да вот срок пришёл им в армии служить, а из нашего села часто в охрану Первого Инки набирали. И отдал я сыновей в охрану, а через год и дочь в Девы Солнца. Да только не знал я, что своими руками уготовил им погибель. Опозорил этот негодяй и погубил мою дочь Стрелу. Теперь никто не знает, где она, может, руки от такой беды на себя наложила. Но самое скверное случилось с сыновьями. Младший мой сын Золотой Шнурок полюбил дочь Первого Инки, уж брат ему сделал предупреждение, что ему за это несдобровать, да юноша не внял совету старших и от принцессы не отступился. Увидели как-то, что они в кустах целуются, юношу схватили, и самым жестоким образом с ним расправились. Пусть Золотой Лук перескажет это подробнее. Золотой Лук заговорил:
-- Я, Золотой Лук, клянусь, что видел, как по приказу Первого Инки моего брата, нагого и связанного, бросили на съедение крысам! И ты ещё заставил свою дочь смотреть на это, изверг! И меня заставил! Твоя несчастная дочь упала в обморок, когда увидела, как крысы облепили моего брата сплошной массой...
-- А в прошлый раз иначе рассказывал, -- вставила юная протоколистка, -- будто бы принцесса, увидев, как крысы вгрызаются её любимому в живот, упала не в обморок, а на колени, и стала умолять отца прекратить мучения несчастного, но тот только хохотал в ответ.
-- Ты молчала бы, дура! -- раздосадованно только ответил Золотой Лук.
-- Но ведь действительно нестыковка получается, -- сказал старейшина, почесав в затылке, -- как всё-таки было дело?
-- Не всё ли равно, отец! -- ответил Золотой Лук. -- Главное, что он виноват!
-- Нет, не всё... похоже, ты и в самом деле завираешься. А нужно всё знать точно. Давай-ка послушаем самого Первого Инку...
-- Всё это ложь, -- ответил Первый Инка, -- я твою дочь Стрелу в глаза не видел. Хотя и слышал о ней от своей дочери Алой Розы.
-- Что именно слышал? -- спросил Дверной Косяк, и взял в руки бумагу с гербовой печатью. -- У меня есть доказательства, что она бывала у тебя во дворце несколько раз. Это -- её пропуск к тебе в спальню! А зачем ещё молодая девица могла заходить к тебе в личные покои? Ты насиловал её под угрозой расправы над семьёй!
-- Да нет же, нет! Девочки подружились, и Роза как-то просила дать для свой подруги пропуск, чтобы она могла приходить в гости. Я согласился и дал его. Только вот вскоре после этого мне пришлось уехать к каньяри, так что если Роза и приглашала Стрелу, то это явно без меня проходило. Доказательством тому мог быть точный отчёт по журналу посещений.