И грянул град

-- Купили? Чисто за деньги я бы не рисковал. Просто ты мне противен!

С этим словами он захлопнул тюремное окошечко. Асеро поневоле задумался над последними словами их немилосердного стража. Что значит ? противен? Что такого он делал, будучи у власти, чем мог вызвать отвращение у своих охранников? Но его отвлёк Золотой Слиток, который опять застонал:

-- Неужели мы так тут и помрём. Ведь они же не убили нас на месте, значит, хотят, чтобы мы выжили.

-- В том-то и дело, что не хотят, -- сказал Асеро, убирая с лица растрёпанную прядь волос, -- нас запытают и убьют.

-- И ты так спокойно об этом говоришь? -- вздрогнул Золотой Слиток, и его живот мелко затрясся. -- Но я хочу жить.

-- Мне тоже умирать не улыбается, -- ответил Асеро мрачно, -- однако мы расплачиваемся за свои ошибки.

-- Да, ошибку я совершил. Асеро, ты уж прости меня, со мной Жёлтый Лист разговоры заводил, чтобы я думал о том, чтобы тебя заменить. Я отказался, но и тебе про это не сказал. Но вот я не понимаю, при чём тут Жёлтый Лист и англичане, почему они помогли ему сместить нас? Мы ведь были им надёжнейшими партнёрами, с чего они накинулись на нас с ножами?

-- Первой ошибкой было пускать их в страну. Увидев наши богатства, они тут же сообразили, что чем торговать с хозяевами, выгоднее их прирезать. Второй ошибкой было то, что, боясь войны, мы решили стерпеть оскорбление. Тогда они окончательно решились. И теперь нас не просто прирежут, а будут убивать долго и мучительно, надеясь выведать какие-нибудь секреты. И не стоит пытаться их разжалобить -- это всё равно бесполезно, да и лучше умереть, как это достойно сынов Солнца.

-- Послушай, я понять не могу -- ну зачем им нас убивать? Что мы им сделали дурного? -- голос Золотого Слитка звучал умоляюще.

-- В глазах англичан мы виноваты уже тем, что существуем и занимаем земли, которыми в противном случае владели бы они. Чем жертва разбойника виновата перед ним? -- Асеро грустно улыбнулся, но его свояк не понял иронии.

-- Тогда скажи, почему они назвали меня вором? Кричали, тыкая меня копьями в бока, где, мол, наворованное прячешь?

-- Потому что у них в голове не укладывается, что чиновник такого ранга, как ты, может не воровать. По их логике, у тебя непременно должна быть тайная кубышка с золотом. И что это не так, ты не убедишь их никакими силами. Так что советую лучше говорить, что не скажешь им ничего, тогда они будут досадовать.

-- Так они ещё больше разозлятся... Хочу жить!

-- Не ной! Ты инка, а не младенец. Не мы первые, не мы последние, к сожалению. Думаешь, Тупаку Амару и его соратникам было легче? Или ты думаешь, что им меньше твоего жить хотелось?

-- Не знаю... -- всхлипнул Золотой Слиток, -- они были крепкие, твердокаменные... а я жалкий червяк.

-- Жалкий червяк живет в каждом из нас, -- сурово сказал Асеро, отметив про себя, что именно необходимость поддерживать собрата вдохнула в него волю. До того он и сам был близок к тому, чтобы расплакаться, -- нужно лишь вовремя давить его в себе.

-- Только для того, чтобы он нас сложили героические песни? Но ведь не сложат, Тавантисуйю конец, а английские историки изобразят нас трусами и ничтожествами, как бы мы себя не вели.

-- Может быть, но всё равно надо держаться до конца.

Золотой Слиток некоторое время помолчал, а потом добавил:

-- Скажи мне, Асеро, ты веришь в загробную жизнь?

-- Не знаю, -- сказал тот, -- хотелось бы верить, конечно, что мы не просто так тут умрём, а продолжим существование в какой-то иной форме. И что встретим тех, кого уже успели проводить туда.

-- А ты этой встречи не боишься?

-- А с чего мне бояться?

-- А Горный Лев? Ведь это ты его убил, я знаю. Пусть тогда я не носил льяуту, но ваше решение для меня и тогда было не секрет. Тебя за это совесть не мучает?

-- Если бы я этого не сделал, то, что случилось с нами теперь, случилось бы раньше. Если я в чём и виноват, так это в том, что не уберёг врученную мне страну. Так что бояться мне следует встречи с Горный Потоком. И с Манко.

Золотой Слиток ещё поныл немного, Асеро его не слушал. А потом в камеру вошли охранники и повели куда-то пленников, подталкивая копьями.

-- Куда вы нас ведёте? -- жалобно спросил Золотой Слиток, но ему ничего не ответили.

Во дворе уже собирали конвой, где пленников сковывали в вереницу по двое. Часть пленников были совсем обнажены, на некоторых ещё кое-как держались штаны и изорванные остатки туник. Было видно, что всем им досталось как следует. С Золотым Слитком их разлучили, Асеро как главного поставили вперёд шеренги, рядом с ним в пару поставили беднягу Искристого Снега. Сзади него были скованы Киноа и Небесный Свод. Старик выглядел очень плохо, и сердце Асеро просто кровью от жалости обливалось при виде его страданий. Было очевидно, что долго он не протянет.