«Это точно, — сказал Луи. — Я бы сошел с ума, помести меня в этот ваш дом. Бродить по нему, как в пустоте. Лучше бы вы его продали, когда померла ваша старушка».
«Не мог, — сказал Крейн. — Слишком долго жил в нем».
«Тогда нужно жениться по новой, — сказал Луи. — Нехорошо жить одному».
«Теперь слишком поздно, — сказал ему Крейн. — Нет никого, кто бы захотел со мной жить».
«У меня тут спрятана бутылка, — сказал Луи. — Не могу предложить вам через стойку, но могу капнуть вам в чашку».
Крейн покачал головой:
«Предстоит тяжелый день».
«Вы уверены? Я с вас ничего не возьму. Просто по-дружески».
«Нет. Спасибо, Луи».
«У вас были галлюцинации?»
«Галлюцинации?»
«Да. Вы сказали, что мужчина слишком долго живет один и начинает галлюцинировать».
«Просто оборот речи», — сказал Крейн.
Он быстро допил кофе и вернулся в отдел.
Теперь он выглядел более знакомым.
Эд Лейн проклинал мальчишку-монтажера. Фрэнк Маккей делал вырезку из утреннего номера оппозиционной газеты. Подошли еще двое репортеров.
Крейн быстро взглянул на дверь хозяйственного шкафчика — она была по-прежнему закрыта.
Зажужжал телефон на столе у Маккея, он взял трубку. Он послушал, потом оторвался от трубки и прикрыл микрофон ладонью.
«Джо, — сказал он, — это тебе. Какой-то сумасброд заявляет, что он встретил идущую по улице швейную машину».
Крейн потянулся к своему телефону.
«Переведите звонок на два сорок шесть», — сказал он оператору.
Голос говорил ему в ухо:
«Это «Геральд»? Это «Геральд»? Привет, это…»
«Это Крейн», — сказал Джо.
«Мне нужна «Геральд»», — говорил человек. — Я хочу рассказать им…
«Это Крейн из «Геральд», — сказал ему Крейн. — Что вы хотите?»
«Вы репортер?»
«Да, я репортер».
«Тогда слушайте внимательно. Я попробую рассказывать не спеша и просто, точно так, как это случилось. Я шел по улице и…»
«По какой улице? — спросил Крейн. — И как вас зовут?»
«Ист Лейк, — сказал говоривший. — Пятисотый или шестисотый квартал, не помню точно. И я встретил эту швейную машину, которая катилась по улице, и я подумал, да и вы бы тоже подумали, ну понимаете, если вы встретили швейную машину… Я подумал, что кто-нибудь катил ее по улице и она укатилась. Хотя это странно, потому что улица ровная. Никакого уклона, вы понимаете? Конечно, вы знаете это место. Ровная, как ладонь. И ни души на улице. Было раннее утро, вы понимаете?…»
«Как вас зовут?» — спросил Крейн.
«Зовут меня? Смит, именно так. Джефф Смит. И тогда я решил, может быть, стоит помочь этому парню, у которого пропала швейная машина, поэтому я протянул руку, чтобы остановить ее, и она увернулась. Она…»
«Что она сделала?» — заорал Крейн.
«Она увернулась. Поэтому помогите мне, мистер. Когда я протянул руку, чтобы остановить ее, она увернулась, и я не смог ее поймать. Как будто она знала, что я собираюсь ее поймать, а она не хотела быть пойманной. Поэтому она увернулась и объехала вокруг меня, а потом понеслась по улице, набирая скорость по ходу движения. Когда она добралась до угла, она лихо повернула за угол и…»
«Какой у вас адрес?» — спросил Крейн.
«Мой адрес? Послушайте, для чего вам нужен мой адрес? Я вам говорил об этой швейной машине. Я позвонил вам, чтобы рассказать, а вы продолжаете прерывать…»
«Мне нужен ваш адрес, — сказал ему Крейн, — чтобы описать этот случай».
«Тогда ладно, если так нужно. Я живу в Норт Хэмптон, 203, и работаю в фирме «Аксель Машинз». На станке. И я ничего не брал в рот уже несколько недель. Я совершенно трезв».
«Хорошо, — сказал Крейн. — Продолжайте рассказ».
«Ну что, почти все сказано. Только когда эта машина катилась мимо меня, у меня было странное чувство, что она за мной наблюдает. Украдкой, что-то в этом роде. А как может швейная машина наблюдать за человеком? У швейной машины нет никаких глаз и…»
«Откуда вы взяли, что она наблюдает за вами?»
«Я не знаю, мистер. Просто такое чувство. Как будто мою кожу скатывают вверх по спине».
«Мистер Смит, — спросил Крейн, — вы когда-нибудь видели такое раньше? Скажем, стиральную машину или что-нибудь еще?»
«Я не пьян, — сказал Смит. — Ни капли несколько недель. Я никогда в жизни не видел ничего подобного. Но я говорю вам правду, мистер. У меня хорошая репутация. Вы можете позвонить кому угодно, вам подтвердят. Позвоните Джонни Якобсону в бакалее «Ред Рустер». Он меня знает. Он вам может рассказать обо мне. Он может вам рассказать…»
«Конечно, конечно, — сказал Крейн, утихомиривая его. — Спасибо, что позвонили, мистер Смит».