— Кстати, раз уж мы заговорили об Отэ-д’Дане, я должен вам сказать, что нашел среди его вещей видеодневник. Поскольку вы теперь считаетесь его родственницей, у вас есть доступ к информации, записанной в дневнике.
— Иными словами, — хмыкнула Кира, — вам крайне важно узнать, что записал Отэ-д’Дан, но вы этого сделать не можете. И поэтому настоятельно рекомендуете мне просмотреть записи.
— Записи мы можем посмотреть и вместе, — невозмутимо отозвался Олейрон.
— Я подумаю над вашим предложением, — ответила Кира.
Она прекрасно понимала, что иного выхода у нее нет, и все равно придется открывать этот, как его там, дневник. Однако лишний раз подразнить пришельца считала своим долгом. В конце концов, должна она была получить моральную компенсацию за страдания или как?
Олейрон никак не прокомментировал ее слова, однако весь его вид намекнул Кире, что пора сворачиваться. Она как раз застегнула змейку на чемодане и выразительно посмотрела на спутника:
— Я готова. Где можно оставить мои вещи?
— Можете оставить прямо тут, — отыгрался на ней инопланетянин. — Они вам все равно не пригодятся на территории миров Союза. По вашей одежде вас сразу же вычислят и найдут путь к Земле.
Кира сглотнула ставшую вязкой слюну. Ей стало по-настоящему страшно.
— Что же тогда делать?
— По пути на заседание Галактического Союза залетим на Иммерсинский рынок. Там не распространяются о расах покупателей и всегда держат коммерческую тайну.
— То есть вы заранее знали, что меня придется переодевать, но все равно позволили собирать вещи? — сделала неожиданный вывод Кира.
— Примерно так, — кивнул Олейрон без улыбки.
— Раз так, то я все равно возьму чемодан с собой на ваш корабль, — решила Кира мстительно. — Он и вещи внутри дороги мне, как память!
Пришелец на удивление не стал спорить. Тяжело вздохнув, он подошел к Кире и взял из ее рук чемодан. Затем предупредил, что ненадолго исчезнет, чтобы потом вернуться за ней, и телепортировался с чемоданом в неизвестное место. Пока его не было, Кира испытала иррациональный страх. Что, если органы правопорядка работают даже ночью? Что, если по ее следу уже пустили опергруппу или как это называется?
Опасения рассеялись, словно и не было, стоило Олейрону появиться вновь. Кира успела переодеться в привычные джинсы и сменила пуловер на футболку.
— Как там с температурой? — спросила она у ожидающего ее пришельца.
— Где именно? — уточнил Олейрон.
— Везде, — чуть не зарычала от досады Кира.
До чего же непробиваемым оказался этот инопланетянин! Неужели никак не поймет, что она не бывала нигде, кроме собственной планеты?
— Так, — Олейрон кивнул на ее наряд, — будет вполне достаточно. Если что — одолжу вам свою куртку. На рынке возьмем облегченный скафандр, обувь и пару вещей по моде Союза. А дальше разберемся по ситуации. Готовы, Кира?
— Конечно, нет, — съязвила девушка.
— Тогда пойдемте. Время не ждет, — распахнул объятия Олейрон.
В этот раз Кира доверчиво скользнула в них. И закрыла глаза.
ГЛАВА 4
Место, куда Олейрон доставил Киру, не сильно отличалось от внутренностей космических кораблей, которые она привыкла видеть в фильмах. Правда, вживую оказаться на мостике настоящего судна, бороздящего просторы космоса, оказалось довольно волнительно. Однако корабль Олейрона был ожившей мечтой тех, кто увлекался фантастикой, и совершенно не походил на обычные земные станции. Здесь было много места, большие круглые иллюминаторы, в которых Кира заметила пустырь, находящийся в другой стороне от ее дома, на противоположном конце города. На пустыре редко кто бывал, и, возможно, именно поэтому Олейрон и оставил корабль именно на этом месте.
— Корабль оснащен системой защиты от случайного вторжения, — отвечая на немой вопрос Киры, пояснил Олейрон. — Нас не заметят, даже если пройдут рядом.
— Но врежутся со всего размаха, если побегут прямо на нас? — предположила Кира, и пришелец согласно кивнул. — Корабль-невидимка.
— Это стандартная функция любого корабля Союза.
— Но вы же не хотите в него входить, — возразила Кира.
— Это не значит, что мы не можем пользоваться его разработками, — усмехнулся Олейрон.
Это было первое проявление чувств с его стороны. Гордость. Ему нравился факт того, что он летал на корабле потенциального захватчика его родины. Кира подумала, что так, возможно, он по-своему мстит этому самому Союзу, которого стоило бояться. Но она пока не могла. Чтобы сделать выводы, нужно было хотя бы столкнуться с последствиями действий врага. Кира пока могла похвастаться только поступками Олейрона.