— Я бы сказала, что со стороны Союза это выглядит очень заманчивой способностью, — заметила Кира.
Она пыталась бороться с подступившим раздражением. Ей не хотелось слушать про родную планету мужчины. Она хотела знать больше о самом Олейроне.
— Теперь вы понимаете, что нам нельзя вступать в Союз на правах вассала, — удовлетворенно кивнул мужчина. — Только на равных. Чтобы никто не пострадал в процессе сближения цивилизаций.
— Кажется, понимаю, — согласилась Кира, отодвигая пустую тарелку. — Но если вы скажете, что у вас еще и кофе есть, я точно останусь, — пошутила она.
Видимо, зря.
— Есть. Я купил небольшой запас продуктов после того, как оставил вас у Ивана Даниловича и завершил свои дела.
Ей показалось, что глаза сидящего напротив Олейрона блеснули ярче обычного. Но мужчина лишь невозмутимо поднялся со стула и отправился к уже знакомому гарнитуру. Достал из нижней секции банку ее любимого «Кармина» и заварил! На корабле все-таки была вода!
Борясь с раздражением, Кира ухватилась за упомянутые вскользь слова Олейрона:
— Что вы сделали с теми, кто нас сбил?
— Я оставлю этот вопрос без ответа, если позволите. Не хочу портить впечатление. И настроение. После завтрака.