— Хорошо, за твое спасение я сохраню ему жизнь, а теперь уходим. — Еще секунда, и пятерых вампиров окутывает тьма, и они исчезают из пещеры.
Зелье начинало действовать. Сначала онемение всего тела — замедляются процессы жизнедеятельности, чтобы направить максимум сил на восстановление ран. Следующий — речевой аппарат. Как будто вместо языка у него камень. Дальше — слух, последние слова брюнета звучат глухо. Что он сказал? Осталось только зрение. Последнее, что видел охотник — тьма вокруг фигур. Точно такая же непроглядная тьма окутала и его сознание.
« — В людях много пороков, много грехов, что они могут совершить… — размеренный мужской голос.
— Ате, почему ты рассказываешь мне об этом? Давай лучше почитаем. — ребенок не понимает, что от него хотят.
— Нет, выслушай. Я хочу, чтобы ты знал об этом, и никогда не совершал этого…
— Я все знаю! — сердито восклицает ребенок. — Гордыня, зависть, гнев, праздность, алчность, чревоугодие, сладострастие и еще уныние! — перечисляет он, загибая пальчики. — Я это знаю!
— Ты не назвал самого страшного. — мягко возражает взрослый.
— Какой? — удивленно спрашивает мальчишка.
— Предательство. Оно ломает душу и разбивает сердце. Я надеюсь, что ты никогда не только не совершишь его, но и не испытаешь этого…»
« — ХААААНС!»
« — Но… Ты же мертв…
— Прости, было нужно, чтобы ты так думал»
« — Я ведь говорил тебе…
— Я бы все равно не послушал, потому что ты теперь, mi mitad, mi socio».
« — Извините, но кто вы?»
*моя половина, мой партнер.
====== Глава 23 ======
Птенцы вернулись в поместье следующей ночью. Первым делом по прибытии Алан направился на поиски Адриана, остальные — проверять сохранность поместья. Примерно через полчаса все птенцы собрались в малой гостиной.
— Мы все осмотрели, все в порядке. — Луиза обратилась к Алану. — Где Адриан? Почему я не чувствую его?
— Мы тоже. — подали голос близняшки.
— Я осмотрел кабинет, но его там не было. Его вообще нет в поместье. — блондин озадаченно покачал головой.
— Что это значит? — близняшки сидели с двух сторон, и дергали Луизу за локти, — Что с хозяином?
— Мы сами не знаем. — покачал головой Роберт и озадачено посмотрел в окно. Тяжелое молчание воцарилось в комнате. Слишком сложно находиться в неведении, когда ты даже не знаешь, что произошло с тем, кто дорог. Все, что им оставалось, это лишь ждать и надеяться на то, что их хозяину в очередной раз повезет, и он выберется из очередной передряги, в которую он, кажется, попал. Все прекрасно помнили, чем закончилось прошлое исчезновение Адриана. Перворожденный, находившийся в сильном эмоциональном потрясении от смерти предполагаемой пары, загнал себя на другой континент, в попытке забыться и сбежать от воспоминаний. Но тогда они чувствовали хотя бы их связь, а теперь было ощущение, что вообще ничего нет… Что Адриан просто пропал, или его не существовало вовсе.
Луизе удалось отправить девочек в их комнаты. И теперь они остались втроем.
— Он заблокировал все каналы связи… Да и к тому же, даже не пил кровь, так что вариант найти его по крови его кормильца тоже отпадает. — Роберт рассуждал вслух. — И что нам делать?
— А что нам остается? — Луиза поднялась с места и оправила платье, — Только ждать, и, когда он позовет, прийти на помощь. Все как всегда. Но на этот раз, если он опять заявится домой еле живой… Я точно его огрею чем-нибудь.
— И мы тебе с радостью в этом поможем. — кивнул Алан, обеспокоенно глядя в окно, будто надеясь, что хозяин вот-вот появится.
Все тело ломит. Медленно и нехотя поднимаются веки. На каменный потолок уставились темно-серые, почти черные глаза. С губ срывается нервная усмешка, которая перерастает в кашляющий смех, а после в истерический хохот, что прокатывается по всей пещере вперемешку со странными всхлипами. Перевернувшись на бок, охотник садится спиной к стене и устало убирает с лица белые пряди. Рука дрожит, а губы презрительно кривятся.
— Вампир и охотник! — зло процедил Иной. Да как он только мог подумать, что такое возможно…
Глупец.
Первая попытка подняться на ноги не увенчалась успехом: ноги просто не хотели его держать, сделавшись ватными. Организм еще не до конца проснулся после вынужденного анабиоза. Повернувшись лицом к стене, Иной упирается в нее ладонями и поднимается. По стенке же он и направился к выходу, тяжело переставляя ноги. Руки соскальзывали, а кожа на ладонях сдиралась, оголяя розовое мясо и лохмотьями оставаясь на руках. Кровавые разводы навсегда останутся в трещинах камня пещеры, как свидетельство того, что произошло здесь. Выбравшись наружу, охотник понимает, что провалялся без сознания примерно сутки. Конь обеспокоенно поглядывает на хозяина, кося на него черным глазом. Распутав ноги коня и сев в седло, Трэин только сейчас обращает внимание на руки, но лишь сжимает кулаки. Сплюнув на землю, он берет поводья и направляет коня в сторону.
— Возвращаемся. — в пустоту произносит охотник.
Черный конь рысью скакал по тракту, а фигура человека в светлом плаще с глубоким капюшоном практически не двигалась, сидя в седле неестественно прямо. Будто палку проглотил. Впереди показался еще один всадник. Как оказалось, Калеб.
— Ваша база в другой стороне. — заметил Иной, когда скакуны поравнялись.
— Я туда не вернусь. — ответил маг, беззаботно пожимая плечами.
— Почему? — охотник посмотрел на бывшего коллегу.
— Это не мое. — юноша повторил свой жест.
— Ты давал клятву. — замечает Иной.
— И что? — зеленоглазый круто развернулся в седле. — Ты вообще в курсе, что больше половины воинов сбегают из ордена? — парень не понимал, что такого произошло, что в считанные часы изменило его товарища.
— Это неправильно. — полностью бесстрастный голос, а взгляд направлен вперед.
— Как и то, что ты не убил вампира. — заметил Калеб, а Иной дернулся как от пощечины. Лучше бы не напоминал. Заметив реакцию напарника, маг поднял руки в примиряющем жесте. — Ладно, прости. Слушай, я хочу тут в селении одном заночевать, составишь компанию?
Трэин согласно кивнул. Все лучше, чем одному. Ближе к вечеру они прибыли в селение, где решили остановиться в небольшом трактире. Стоило только людям в форменных плащах Золотого меча» зайти в помещение, как гул голосов поутих. Калеб пошел договариваться о еде и кроватях, а Трэин прошел за свободный столик, что находился в дальнем углу. Только он не знал, что за ним пристально наблюдают две пары глаз. Капюшон был снят только после того, как на соседний стул приземлился Калеб. Поглощение пищи шло неспешно, пока над самым мужским ухом не раздался женский голос:
— Вот уж не думала, что снова встретимся вот так. — судя по лицу сидящего напротив, говорящая поражала воображение. Обернувшись, Иной замер. Мадлен, и рядом с ней Октас, стояли напротив их стола и недоуменно разглядывали воинов.
— Добрый вечер, миледи. — поздоровался беловолосый и вернулся к трапезе. Сейчас его не волновали вампиры. Будут буянить — тогда и убить можно.
— Где Адриан? — по тону женщины было трудно понять, какие эмоции она испытывает.
— Его жизнь меня больше не касается.
— Ты его пара.
— Я НЕ БЫЛ ЕГО ПАРОЙ! — рявкнул беловолосый, стукнув кулаком по столу, отчего стоящая на нем посуда подскочила, громко звякнув. Сейчас любое напоминание о перворожденном было словно соль на рану.
Поморщившись, он поднялся со своего места и направился к лестнице, ведущей к комнатам. Хотелось спрятаться куда-нибудь, и чтобы его не трогали. Зайдя в комнату, что снял Калеб, Трэин снял плащ.
— Я не уйду, пока ты не объяснишь все. — из тени появилась блондинка.
— Я ничего тебе не должен. — огрызнулся охотник, снимая со спины перевязь с мечами.
— Должен Адриану. — ее взгляд был серьезен, а изящные брови чуть нахмурились.
— Ему должна его невеста! — вновь рявкнул охотник. Самообладание его подводило. В комнату скользнули еще двое мужчин и заинтересованно уставились на беловолосого.
— Это не тот вампир, что помог убить грахов? — вкрадчиво поинтересовался Калеб.