– Но ты же сама вчера говорила – он ко мне что-то испытывает!
– Что-то! Вот именно, что-то. Если бы он тебя любил, ты бы перла на себе эти сумки сейчас? То-то! Так что иди и молчи! Это тебе еще повезло, что меня встретила и я тебя к себе в дом взяла. Не все люди так же добры, как я! – Жанна права! Эля так его всегда оправдывала! Но она сама для расчетливого Роберто – только кусок мяса, который он выбирал, как на базаре. И не взял…
Оказалось, духовка не работает. Жанна вызвала мастера и настояла, чтобы тот приехал немедленно, крича в телефон со слезами в голосе так, как будто у нее умирает близкий. Но стоило ей положить трубку, как она повернулась к Эле с довольной улыбкой: – Приготовлю-ка я одно таджикское блюдо из фасоли, баклажан и помидор. Дешево, сытно – для Памми сойдет. Плюс твои печенюшки.
Жанна принялась за свое варево, а Эля пошла наверх, упала на свою новую кровать и некоторое время лежала без сил и мыслей. Потом они появились: «Вот чужой дом, чужая кровать, я выполняю чужие решения ради чужих целей. Что у меня осталось, есть своего? Только я сама. Мне надо себя сохранить. Но как это сделать? Жанна, как и Роберто, по-своему очень упертый человек. И считает, что если с ней кто-то не согласен, это неправильные мысли и действия. Впрочем, она примитивней Роберто, ее можно попробовать провести, делая вид, что соглашаешься с ее мнением. И начать втихаря искать другое место, где платят не две копейки, чтобы заработать на языковую школу, пока не истекла полугодовая виза. А в целом все нормально! И будет еще лучше».
Приехавший мастер быстро починил плиту. Эля даже успела испечь первую порцию рогаликов до того, как идти забирать Люси из школы. А потом к ним приехал Жаннин бойфренд: – Памми, узнав, что смеситель не работает, тут же побежал его чинить. И буквально за пять минут все сделал. Сэкономлю на сантехнике! – довольно поделилась с Элей хозяйка дома.
– Вот так миллионер! Слушай: он, в свой юбилей, уставший после работы, даже не поев… Видишь – все-таки он хороший!
Улучив свободную минутку, Эля пошла к себе в комнату, открыла учебник английского. Несмотря на приговор Жанны, она была уверена: если сломать языковой барьер, все другие барьеры между ней и Роберто рухнут куда быстрее. Но минут через десять в комнату без стука зашла ее работодательница: – Памми зовет меня в ресторан. А ты уложишь Люську спать, в девять часов. Еще Инга приедет забрать свои вещи.
Жанна и Памми уехали, Эля осталась с пронзительно вопящей и рыдающей Люси. Малышка никак не хотела успокаиваться, как Эля ни убеждала ее, что мама скоро вернется. Чтобы отвлечь девочку, Эля решила почитать ей. Люси взяла книжку на английском.
– Может, лучше на русском почитаем?
– Нет! Нет!!! – боже, сейчас она опять заревет!
– О’кей, о'кей, Люси!
Эля принялась читать, поглядывая на девочку – и замечая в ее глазах растущие страх и гнев.
– Я плохо читаю?
– Да.
– Давай русскую сказку почитаем? Я еще не очень хорошо говорю на Инглиш. Я совсем недавно приехала.
– И едь обратно! Get out! – вдруг зло прошипела Люси. – Это не твой дом. Это наш дом! А ты тут никто!
– Люся, да ты что!
– Ты никто! Ноль! Fucking shit! Дура! – Люси вдруг выскочила из-под одеяла и побежала вниз. Эля понеслась за ней.
– Люси, мама сказала, в это время ты должна спать!
– Иди вон! Я хочу есть, – «Ну ладно, пусть что-нибудь слопает. Набитый желудок вызывает сонливость, а голодный злость и бессонницу. Отлично, сейчас она поест и, наконец, уснет».
– Что ты хочешь?
– Сэндвич с коттедж чиз.
– А где он? – Люси оттолкнула Элю и вытащила одну из маленьких пластиковых баночек с нижней полки забитого холодильника.
– Я сама! – враждебно объявила девочка. – Ты не умеешь! Ничего не умеешь. Ты дура! Get out! Это не твоя еда! Не трожь! Я все скажу мамми! Уходи! – Люси изо всех своих сил принялась колотить Элю кулачками и яростно пнула по ноге, чертовски больно.
– Люси, прекрати так себя вести!
– Пошла вон! Дерьмо, bitch! – Эля была ошарашена. Да, каждое лето она сидела с младшими кузенами и племянниками – но те были гораздо послушней и никогда так не обзывались. Вообще не смели обзывать старших! Люси меж тем деловито намазывала творожную пасту на хлеб. Чтож, по крайней мере, с голоду она не помрет, и в обиду себя не даст. А Эля почему позволяет какой-то соплячке вести себя подобным образом? Она может одним пальцем стереть ее в порошок! Но этого делать нельзя и не стоит. Как же найти с Люси общий язык?