<p>
- Только это уже получается не прогрессорство, а... Гм, какое-то регрессорство, что ли... Приземление великих целей и замыслов...</p>
<p>
- Ну, само название зависит от точки зрения. От системы координат, если хотите, - заметил Павел Петрович. - Вы хоть и ученик Строгановых, а в своих произведениях фактически выдвинули альтернативу их миру. Альтернативу полдням будущего столетия. Мир стабильности и порядка, основанный на общих интересах множества простых людей. Очень приятный и хороший мир. Мир, в котором хочется жить. Мир, который большинство ваших читателей захотят строить уже сегодня.</p>
<p>
- А мне уготована роль прораба...</p>
<p>
- Проектировщика, - поправил Павел Петрович. - Прорабами будут другие, Николай Львович. Я и мои коллеги, например.</p>
<p>
- Логично, - кивнул я. - В любом проекте могут быть недоделки...</p>
<p>
- Могут, - согласился Павел Петрович. - Да и мусор нужно периодически убирать. Те самые щепки, которые летят при рубке леса... Итак, как я понимаю, вы согласны с моим предложением слегка подкорректировать будущее, Николай Львович?</p>
<p>
Его лицо озарилось лукавой улыбкой.</p>
<p>
А что я мог ответить? Сказать "нет" и сгинуть безвестно в какой-нибудь сибирской глуши? Или все-таки продолжать творить? Творить, чтобы постепенно создавать мой собственный мир, мое собственное будущее?</p>
<p>
...Эх, коньячка бы сейчас! Честное слово, полжизни отдал бы сейчас за маленькую рюмашку коньячка! Какое-то наваждение... Закрываю глаза и вижу бутылку коньяка. И пять звездочек на этикетке!</p>
<p>
</p>
<p>
</p>
<p>
</p>
<p>
Июнь 2001 года</p>
<p>
</p>
<p>
</p>
<p>
</p>
<p>
</p>
<p>
</p>
<p>
</p>
<p>
</p>
Ч У Ж И Е: У К Р А И Н С К И Й В А Р И А Н Т
<p>
</p>
<p>
(Рассказ из цикла "Про перцовку и сало")</p>
<p>
</p>
<p>
</p>
<p>
I</p>
<p>
</p>
<p>
Тварь прилетела на Землю из космоса. Миллионы лет ее носило где-то в межгалактических пространствах, перебрасывало гравитационными волнами от звезды к звезде, пока не прибило к границам Солнечной системы. Ей понадобилось еще несколько десятков лет, чтобы добраться от заледеневшего безжизненного Плутона к теплой и живой Земле.</p>
<p>
В течение этих неисчислимых миллионов лет твари не нужна была никакая пища. Ей вполне хватало для поддержания жизнедеятельности собственных энергетических ресурсов. Но все же и жизненные ресурсы не беспредельны. Когда тварь, свернувшись в плотный комок, нырнула в атмосферу третьей от Солнца планеты, она почувствовала, что вместе с потоком газов, омывающих раскалившееся от трения о воздух тело, ее начинают покидать и последние силы.</p>
<p>
Ярким метеором она пронеслась над материками и океанами и вонзилась в почву в северном полушарии планеты, где-то посередине между полюсом и экваториальной зоной. Уже почти совершенно обессилев, тварь выбралась из кратера, который образовался от удара ее панциря о землю, и впервые за миллионы лет своего космического путешествия развернулась в свой полный рост.</p>
<p>
Со стороны она была по-своему даже красива. Покрытое черным блестящим панцирем тело в высоту достигало почти трех метров. Гладкий, покатый и совершенно безглазый череп постепенно переходил в мощный гребень, круто загибающийся к спине. От верхней части головы шли вниз к массивной челюсти толстые кожистые сухожилия. По длинным и узким зубам твари стекала и падала на землю вязкая желто - зеленая слюна. Когда тварь открывала свою пасть, изнутри, почти из горла, высовывался наружу костистый стержень языка, заканчивающийся еще одной, меньшей по размеру, пастью и острым жалом гарпуна. На длинных членистых лапах твари было всего по три пальца с толстыми и кривыми когтями. Тело удерживалось в вертикальном положении на мощных голенастых ногах, между которыми свисал кольчатой трубой гигантский яйцеклад. Гребень на спине постепенно переходил в длинный и гибкий хвост с шипастым жалом на конце.</p>