Молли встала под горячие струи воды, согревая озябшее от уличного холода и расслабляя уставшее тело. Опустив руки вдоль тела, Хупер подняла голову вверх, прикрывая глаза, навстречу потоку, смывающему разбитость после бессонной ночи. Девушка чувствовала прилив сил, хотя в три часа ночи боролась со сном.
По возвращению в комнату дежурств патологоанатом не находила себе места, тщетно пытаясь успокоиться после краткого диалога с Шерлоком. Детектив снова вывел всегда спокойную Хупер из равновесия, перевернув всё в душе вверх ногами. Молли не знала, как ещё подступиться к Холмсу, с какой стороны подойти к нему, чтобы понять, отчего он так груб и холоден. К осознанию о его закрытости добавлялся факт того, что мужчина бросает обидные слова в сторону близкого родственника. Почему-то девушка была на стороне Майкрофта, хотя тот производил впечатление крайне отталкивающей личности, полной пафоса и живущей мыслями о собственной правоте. Семья Холмсов способна была свести с ума любого, и этот факт вызвал горькую улыбку на губах патологоанатома. Чтобы успокоиться, девушка заварила крепкий чай, не добавляя в него сахара. Кружка с напитком заняла место на рабочем столе и Молли, открыв журнал исследований, углубилась в изучение материалов по результатам опытов. Глаза застилала пелена сна, когда в очередной раз, встряхнув головой, Хупер бросила взгляд на часы.
«00:10»
Телефон, связывающий пост на входе и комнату дежурств, по-прежнему молчал, а тишина норовила набросить покрывало Морфея. В коридоре послышались шаги, приближающиеся к кабинету. Девушка повернула голову, прислушиваясь к звукам и уже была готова подняться с места, когда мимо двери промелькнула знакомая тень. Хупер поджала губы от недовольства, что Холмс до сих пор находился в лаборатории, но вместе с тем не могла отбросить мысли о его исследованиях. Как и всякому учёному, девушке было интересно находить что-то новое, проводить опыты и разрешать интересные задачи. Любопытство всё нарастало и в итоге взяло верх, когда патологоанатом, убедившись в том, что Шерлок ушёл, решила посетить лабораторию. Ладонь опустилась на дверную ручку, но Молли, сама не понимая как, вернулась к креслу и опустилась в него, ставя локти на стол и прижимая пальцы к вискам, делая круговые движения. Холмс точно сведёт её с ума.
Поэтому, чтобы избавиться от мыслей, утром Хупер, передав дежурство, отправилась в приют домашних животных. Она давно мечтала о котёнке, так почему бы не помочь одному из бедняг, выброшенных на улицу, обрести дом? Дымчато-серый малыш смотрел на девушку с удивлением и вопросом: «А ты возьмёшь меня?», поэтому Хупер и протянула руки к котёнку, который, почувствовав такое недостающее ему тепло, мгновенно замурлыкал, утыкаясь мордочкой в ладони. Они будто ждали встречи друг с другом, мгновенно понимая, что каждый из них может заполнить зияющую в душе пустоту. Шерлок посоветовал завести кота…
Молли открыла глаза, и вода ударила в лицо, затуманивая зрение. Девушка нащупала кран, быстро закручивая его. Поток прекратился, и Хупер окончательно привела себя в порядок, облачившись в тёплую одежду и обернув голову махровым полотенцем. Котёнок съел всё, что заботливая хозяйка положила в его миску, и сейчас малыш, довольный своим новым положением, преспокойно умывался лапкой.
Молли с улыбкой взяла пушистика на руки и, прижимая мохнатое чудо к себе, легла на диван в гостиной. С минуту котёнок недоумевал, как так быстро переменилось место обитания, но сообразив, что здесь гораздо теплее, нежели на кафельном полу, устроился на животе девушки, свернувшись комочком. Хупер смотрела на засыпающего малыша, зелёные глаза которого щурились, хотя он старался бороться с дремотой, вызванной сытостью. Наконец пушистый комок уронил головку на лапы и заснул. Девушка аккуратно протянула руку к журнальному столику, взяла в руки книгу и, открыв её на нужной странице, продолжила чтение.