Постепенно буквы и слова ускользали вдаль, уступая место мыслям, пока в очередной раз перед глазами Молли не встал образ Шерлока Холмса. Хупер с силой захлопнула книгу, бросила её на пол и закрыла ладонями лицо, отгоняя прочь призрак детектива. Но чем сильнее патологоанатом сопротивлялась, тем отчётливее вырисовывались перед её мысленным взором черты лица социопата, делая акцент на тонкие губы и глаза-хамелеоны с застывшим в них отсутствующим выражением - тем самым, свидетельницей которого она стала в последнюю встречу с детективом.
Молли вспомнила, как на миг завеса тайны души мужчины оказалась приоткрыта. По всей видимости он, слишком разозлённый, невольно впустил внутрь себя случайного свидетеля, коим являлась патологоанатом. Тогда ей показалось, что стоит прикоснуться рукой к невидимой ниточке, ведущей глубоко в его сердце, потянуть за кончик и вот-вот клубок распутается, медленно, но верно приводя к пониманию характера Холмса. Поэтому девушка сделала тщетную попытку перевести внимание детектива на посторонние вещи, но было поздно – дверь захлопнулась, а ключи от души потеряны, но отнюдь не безвозвратно. Почему-то Молли верила, что рано или поздно у неё получится преодолеть глухую стену непонимания, стоит только немного подождать. И продолжать делать попытки к определению сущности детектива.
Неужели невозможно, чтобы гениальный ум был один? Неужели может быть так, что придя домой, он видит только серые стены и единственными звуками в помещении являются его гулкие шаги по скрипящему, потёртому, с облупленной от времени краской паркету? Неужели никто не встречает его ещё с порога словами о том, что на столе готов ужин или же чашка ароматного чая? Голова закружилась при мысли о том, что вечера (а может и ночи) в квартире Шерлок Холмс проводит не один. Друзья и коллеги в воображении патологоанатома не представляли никакой угрозы, но стоило на горизонте появиться голубоглазой брюнетке модельной внешности, как лицо краснело, становилось невероятно тяжело дышать.
Молли встряхнула головой, отгоняя прочь мысли о девушке детектива, хмурясь внезапному необъяснимому стуку сердца, что пропустило удар. Списывая всё на усталость, девушка откинулась на подушки, смотря в потолок невидящим взглядом. Картинка Шерлока Холмса заполнилась несколькими пазлами, но стоило одной детали занять своё место, как тут же появлялись другие пустые места, и не одно, а минимум десяток. Они привлекали к себе внимание, манили переливчатыми оттенками и притягивали к себе призывами разгадать их.
Чем больше девушка углублялась в суть понимания детектива, тем больше ей казалось, что она видит черты, свойственные ей самой. Ведущее место занимала замкнутость, но таинственность, что стояла за всем остальным, магнитом приманивала к себе, без возможности сопротивляться. Сама того не понимая, Молли вступила на путь, отчаянно веря, что сможет преодолеть барьер разногласий. Она сможет прийти на помощь, в которой он нуждается, хотя детектив и не признается в этом никогда, потому что просто не пожелает показаться неспособным выйти из положения, категорически отрицая растерянность в какой-либо ситуации.
Не нужно быть гениальным сыщиком, чтобы понять простую истину: один человек не сможет противостоять целому миру или его маленькой части. Его уничтожат, разорвут, сожгут и посмеются над излишней самоуверенностью. Неожиданно для себя Молли поняла, что все выпады Холмса есть не что иное, как защитная реакция на внешние раздражители, одним из которых она сама и не являлась, просто оказывалась в ненужное время в ненужном месте. Ему просто необходимо на кого-то срываться, высказывая недовольство и гнев. Но и можно резко выбить почву у него из-под ног, ответив в том же ключе, что и он. Не нужно бояться, расстраиваться и сжиматься в комок от одного взгляда зелёно-голубых глаз. Даже гениальному детективу полезно знать своё место, иначе он просто зачахнет, используя одну только дедукцию.
Молли улыбнулась своим умозаключениям. Вчерашнее расстройство словами сыщика превратилось в пыль, хотя неприятный осадок всё ещё напоминал о себе. Отчего-то девушка была уверена, что не каждый отваживался перечить знаменитому детективу, смотрящему снизу вверх на тех, кто попадался на его пути.