Шаг за шагом Молли пыталась понять не только характер мужчины, но и приоткрыть завесу тайны его души. По прошествии времени девушка поняла, когда нужно промолчать, а где лучше ненароком задать сложный вопрос, замаскировав его под простое, но ненавязчивое любопытство. В такие моменты Шерлок мог дать пространные ответы с намёками, словно понимая, что хочет патологоанатом, но тем не менее никогда не говорил больше того, что сам желал сообщить. И если Холмс замечал хотя бы малейший намёк на праздное любопытство, мисс Хупер мгновенно удавалось вовремя перевести разговор в другое русло, отчего детектив оказывался застигнутым врасплох, хотя никогда не показывал замешательства. Тогда Молли чуть улыбалась уголками губ, склонялась над их общей работой и из-под полуопущенных ресниц замечала, что детектив несколько секунд пронизывал её внимательным взглядом.
Тем не менее их отношения никогда не выходили за рамки рабочих, однако в глубине души девушки всё ещё теплилась надежда на взаимность, с каждым днём ускользающая и превращающаяся в прозрачную дымку, струящуюся словно песок сквозь пальцы. Оказалось достаточным один раз высказать детективу предположение о его ужине с девушкой и с замирающим сердцем ждать ответа, чтобы услышать всего лишь одно: «Я женат на работе, мисс Хупер».
Поначалу Молли не могла понять, отчего при виде детектива в ней просыпаются борьба между ненавистью и симпатией, причём каждая из них попеременно занимала господство над настроением девушки. Но с каждым разом патологоанатом ловила себя на мысли, что ждёт, когда дверь откроется и на пороге покажется ОН, притом неважно, где в этот момент будет находиться она сама, на работе или дома. Когда Хупер слышала учащённый стук сердца и старалась занимать руки какой-нибудь работой, только бы не выдать своих непонятных чувств, суеты становилось в разы больше. Со временем девушка научилась контролировать себя в присутствии детектива, особенно избегать крайнего смущения и румянца на щеках.
Она переносила мысли о Холмсе за стены Бартса, чаще всего домой, где видеть её душевные терзания мог только Тоби. Вчерашний котёнок превратился в огромного пушистого кота, всячески отплачивающего хозяйке за своё избавление от голодного будущего уютом и мурлыканьем. Запрыгнув на колени к Молли, Тоби принимался нежиться и старался целиком и полностью перенести всё её внимание на себя, что ему, к слову, удавалось с лёгкостью. Почёсывая любимца за ухом и смотря в его сощуренные от удовольствия жёлтые глаза, девушка вспоминала другой взгляд: холодный и пронизывающий, где порой вспыхивал намёк на теплоту или благодарность для неё – совершенно не свойственные степенному самоуверенному виду детектива. В такие редкие моменты, которые можно было пересчитать по пальцам одной руки, девушке казалось, что между нею и Холмсом перебрасывается мостик взаимопонимания, разрушаемый его натурой социопата и её необоснованной надеждой.
Обо всех бессонных ночах, посвящённых Шерлоку, знал исключительно Тоби. И абсолютно ничего не знала Софи. Пару раз Молли порывалась позвонить подруге, но останавливалась на полпути, когда в трубке слышались гудки, прерываемые как всегда довольным голосом Маккензи. В отличие от подруги, в свою личную жизнь Софи внесла размеренность: отношения с Кевином вышли на новую стадию, когда молодые люди приняли решение снять отдельную квартиру для совместного проживания. Неровен был тот час, когда мисс Маккензи могла стать миссис Холл – для всех родственников и знакомых бракосочетание пары в недалёком будущем являлось чем-то самим собой разумеющимся. Однако, как бы Софи не отдавала всё своё свободное время молодому человеку, она никогда не забывала о подруге. Частые звонки и бесконечные разговоры по телефону, поход в гости друг к другу и вечера в уютной компании как никогда сблизили девушек.
Иногда Молли казалось, что подруга видит её насквозь, знает, о чём она думает. Это выражалось в пристальном взгляде, когда голубые глаза мисс Маккензи с интересом смотрели в упор, только не холодными рентгеновскими лучами Шерлока, а с теплотой и заинтересованностью. На щеках Молли вспыхивал румянец, а Софи удовлетворённо хмыкала. Правда пару раз она таки пыталась расспросить подругу, но та упорно уводила разговор в сторону, чем только подтверждала мысли Маккензи. Последняя в свою очередь давала советы, заставляющие всё внутри сжаться в комок. Молли упорно отрицала всяческие намёки Софи, но прекрасно понимала, что приближается тот самый час, когда подруга таки добьётся своего и выведет на чистую воду всё закрытое на сотни замков.