Молли Хупер бросила взгляд за окно, надеясь на то, что хотя бы несколько дней (а ещё лучше, несколько месяцев) можно будет выбраться в один из парков и, развалившись на пледе, читать книгу, впитывая все прелести солнца. По какой-то иронии судьбы именно в такие погожие дни девушка находилась на работе, но стоило наступить выходным, и моросящий дождь вносил свои коррективы, вынуждая откладывать такое необходимое «свидание» с теплом.
Не сказать, чтобы Молли не любила серость, впрочем, как и утверждать, будто она питает самые тёплые чувства к холодам не являлось верным ни в одном, ни в другом случае. Просто хотелось перемен, особенно после этой наконец-то подошедшей к концу зимы. Было что-то необычное и угнетающее в ней, способное своими редкими снегами метко бить в самое сердце и вызывать отчётливый холодок, распространявшийся по всему телу. Пора впустить оттепель, способную растопить тонкую ледяную корочку и прогнать усилившееся чувство тревоги. Иначе, просто перестать накручивать себя по пустякам.
Патологоанатом госпиталя Святого Варфоломея крепче сжала в пальцах ручку, ставя росчерк под документом, едва не прорвав бумагу. Спохватившись, девушка мягче нажала на стержень, завершая подпись причудливой закорючкой. Несколько раз зажмурившись, Молли пробежала глазами по заключению и, удостоверившись, что вся информация изложена корректно и верно, аккуратно положила бумаги в папку. Осталось отправить бумаги на подпись Стамфорду, который должен появиться ближе к семи часам вечера, сразу по окончании лекции в Оксфорде. Девушка посмотрела на часы и, убедившись, что до возвращения профессора остаётся достаточно времени, отправилась поужинать, захватив документы с собой.
Тела банкира Эдварда ван Куна и журналиста Брайана Лукиса поступили в один день с интервалом в несколько часов, как раз в смену Молли. Дела об убийстве двух человек находились под руководством некоего инспектора Диммока, который взял их под особый контроль. Этот вывод следовал из того, что результаты попросили отправить сразу же без промедления по завершению последней процедуры записи, которой и занималась Хупер.
Основной рабочий день подошёл к концу, и в просторной и светлой столовой оказались заняты несколько столиков – все ночными дежурантами, накапливающими силы перед предстоящей сменой. К их группе на ближайшее время относилась и Молли, обострённого обоняния которой достигли невероятные запахи. Девушка покрепче прижала папку к груди и направилась в сторону буфета, задумываясь над выбором из множества наиболее подходящих блюд. Меню сегодняшнего ужина включало в себя картофельное пюре, мясное филе в томатном соусе и…
- Что возьмёте: свинину или пасту? – знакомый голос заставил вздрогнуть, отчего Молли чуть было не выронила документы из рук.
В последнее время на мисс Хупер находило раздражение, которое она всем силами старалась убрать поглубже в себя, затолкать как можно дальше в душу. Однако с негодованием получалось справляться только на работе, целиком и полностью посвящая себя любимому делу, в то время как дома раздражённость перерастала в рассеянность, то и дело приводящая к мелким бытовым неприятностям. Удивительно, как только Тоби терпел внезапные перемены настроения хозяйки. Более того, взмахивая пушистым хвостом и гордо поглядывая на всё происходящее зелёными глазами, кот своим примером показывал стойкость перед обстоятельствами, чем немало удивлял успокоившуюся после какой-либо мелкой неприятности Хупер. Молли списывала своё недостойное поведение на серость за окном, холода, ветра, проезжающие мимо машины и даже новости по местному телеканалу, любыми способами отрицая то, что недавно уяснила для самой себя.
Разбитые тарелки и кружка, испорченный тостер и залитый кофе диван. Причиной хаоса был Шерлок Холмс. Вернее, его отсутствие. А если быть точнее, детектив не появлялся в госпитале около полутора месяцев. Сейчас же мужчина спокойно стоял слева от патологоанатома, всё также внимательно наблюдая и не отрывая проницательного взгляда от девушки. Неизменное пальто, шёлковый синий шарф и холодные, льдистые глаза – образ детектива–консультанта, который не стирался из памяти, давно запечатался в сердце.
- Ой, это Вы, - Молли растеряно улыбнулась, мысленно принуждая себя сохранять спокойствие. Своим неожиданным появлением Шерлок был обязан какому-то срочному делу, из чего следовало, что мужчина целенаправленно искал её. Другого объяснения не существовало, равно как и того факта, что Холмс без особой на то надобности никогда не вступил бы в разговор с патологоанатомом. Впрочем, Хупер привыкла к подобного рода черте характера детектива, разве что никак не могла перестать думать о том, что когда-нибудь мистер «Гроза Преступного Мира» снизойдёт до обыкновенного человеческого разговора с простой смертной.