Внимание и скорость ей необходимы были и сейчас, когда девушка встала с кровати, отбрасывая в сторону одеяло, которым, без сомнения, её укрыла Софи, мирно посапывающая в своей кровати. Наверняка подруга, придя с вечеринки, застала картину, заставившую сердце сжаться: свернувшаяся в комочек от холода соседка в выпускном платье, да в обнимку с подушкой. Удивительно, как у мисс Маккензи получилось вытянуть из-под подруги одеяло и не разбудить её? Молли пыталась вспомнить, когда в последний раз так крепко спала, ведь сама она отличалась чутким сном. Кажется, такой оплошности с ней ещё никогда не случалось. Но ведь должно было произойти и обязательно в такой важный день.
Размышления нарушил пронзительный звук, от которого в ушах зазвенело. Молли с секунду искала источник шума, пока не схватила будильник и не выдернула его из розетки. На соседней кровати пошевелилась Софи, натягивая на себя повыше одеяло так, что ступни оказались оголены. Мисс Хупер облегчённо вздохнула, бросая будильник на кровать, и направилась к холодильнику, на дверце которого магнитом с изображением Микки Мауса была прикреплена не замеченная ею ранее записка.
«Знаешь, такое ощущение, что на вечеринке вчера была не я, а ты ;-)
P. S. Вот уж не думала, что будет НАСТОЛЬКО тяжело вытянуть из-под тебя одеяло. Спасибо Тому. Да, он воспользовался вашей беспомощностью, мисс Хупер, и взял ваше хрупкое уставшее тело на руки. Уже вижу твоё лицо, на котором написана вся картина моего убийства. Но как я могла отказать ему? Он весь вечер пытал меня на предмет того, куда это ты собралась, почему не пришла и что с тобой произошло. В общем, если что, то я готова быть твоим первым трупом в твой первый рабочий день.
P. P. S. На всякий случай - будильник - это идея Тома. Я уверяла его, что ты и так сама проснёшься, но нет, его не убедишь. Посему, уступаю ему первое место по части трупов.
С глубоким уважением к твоему крепкому сну,
Софи»
Маккензи оказалась права: на лице Молли отразилась вся гамма чувств, сменявшаяся по мере прочтения каждого предложения. Удивление граничило с возмущением, тесно переплетающимся с раздражением, смешивающимся с негодованием, но, в результате, поглощённым чувством огромной благодарности к Софи и Тому, которые позаботились о ней. Девушка улыбнулась, быстро написала ответ, и прикрепив его на то же самое место, направилась в душ, приводить себя в порядок перед первым в жизни рабочим днём.
Часом позже Молли Хупер, перебросив через плечо спортивную сумку, вышла из такси в районе Смитфилд. Перед глазами девушки предстал старейший в Лондоне госпиталь Святого Варфоломея. Бартс (а именно так часто называли горожане больницу) помимо прочего являлся и старейшим в Великобритании среди других лечебных заведений, сохранивших своё первоначальное расположение. Над арочными воротами главного входа располагалась статуя Генриха VIII – единственный сохранившийся в столице Туманного Альбиона памятник королю. Набрав в грудь побольше воздуха, девушка отправилась к нужному корпусу, сверяясь с направлением. Молли завороженно смотрела на величественное сооружение, любуясь архитектурой здания, масштабно раскинувшемуся на территории. Вчерашняя студентка не представляла, что выберет работу в столь знаменитом месте, но волнение, тем не менее, давало о себе знать, и с каждым шагом в голове закрадывалась мысль: «Вдруг не получится». Девушка встряхнула головой, прерывая раздумья, и, в очередной раз сверившись с бумагами, бодрым шагом вошла внутрь одно из корпусов. На входе располагалась стойка регистрации, за которой находилась медсестра. Молли раскрыла папку с документами, направляясь к девушке в белом халате.