На подъездной дорожке ожидало такси, вызванное заранее. Погода решила преподнести сюрприз, и в канун Рождества подарить снегопад. Крупные снежинки опускались на подмёрзшую землю, укрывая всё вокруг белым пушистым одеялом. Хупер вдохнула морозный воздух, в носу мгновенно защекотало, отчего пришлось потереть кончик носа ладошкой. Девушка открыла дверцу, села на заднее сиденье кэба и, назвав адрес водителю, повернула голову направо, разглядывая через стекло автомобиля рождественские улицы.
Столица Туманного Альбиона преобразилась до неузнаваемости. На каждой, пусть и самой маленькой улочке ощущалась праздничная атмосфера. Дух Рождества царил повсюду: на крохотных проулках и крупных магистралях, грандиозных знаменитых соборах и неприметных церковных приходах, перед которыми воссоздавали библейский сюжет главного праздника. Лондон утопал в великолепных иллюминациях, превращая всё вокруг в настоящую рождественскую сказку. Город дышал волшебством, заражая каждого жителя ожиданием чуда и веры в наилучшее. Взрослые, загруженные бесконечными проблемами и суетой, превращались в беспечных детей, забывая о повседневности и ловя радостные мгновения в кругу родных и близких. А дети вовсю готовились ко встрече с Санта-Клаусом, загадывая самые заветные желания, зная, что они непременно исполнятся.
Такси остановилось напротив дома 221Б по Бейкер Стрит. Расплатившись с водителем, девушка вышла из автомобиля и бросила взгляд на окна второго этажа. Сквозь занавески по всему периметру мигали огоньки гирлянды – наверняка работа миссис Хадсон, привнёсшей в интерьер толику праздника. Молли подошла к двери, украшенной рождественским венком, ниже которого прикрепили плакат, на котором ярко-красными буквами написали приветствие. Хупер взялась за ручку и, толкнув дверь, вошла внутрь.
Перед глазами предстала небольшая прихожая с тёмно-зелёными обоями на стенах, освещённая тусклым светом старинного светильника на потолке, что придавало помещению сумрачное настроение. Справа и прямо находились две двери, за которыми, по всей видимости располагались комнаты хозяйки квартиры. Неширокая деревянная лестница с такими же перилами и обшарпанными ступенями вела наверх, в комнату, из которой летела музыка скрипки. Мягкая, без надрывов и излишних переходов мелодия несла успокоение и волшебство. Молли постучала каблучками о коврик, чтобы сбить снег и, покрепче перехватив ручки пакетов, отправилась наверх за нотами, служившими путеводной нитью к празднику.
Волнение нарастало с каждой ступенькой, ведущей в квартиру. Услышав аплодисменты, девушка ускорила шаг и, улыбаясь, вошла в помещение.
- Всем привет! – радостно воскликнула Хупер, обводя взглядом большую комнату-гостиную. – Простите, на двери было написано: «Добро пожаловать!», а я шла мимо.
Рядом с камином напротив друг друга стояли два кресла, в одном из которых сидела темнокожая девушка примерно одного возраста с Молли – Джанетт. В другом с бокалом вина располагалась пожилая дама официального вида, лучезарно улыбнувшаяся в ответ, в которой нетрудно было угадать миссис Хадсон.
- Привет, Молли! – лицо Джона Ватсона засветилось искренней радостью. Доктор выглядел необычайно мило в синем свитере с узорами из красно-белых ромбов.
Но Молли Хупер оказалась не в силах отвести взгляда от единственного человека в этой комнате, которому, судя по всему одно упоминание о празднике сводило зубы в приступе неимоверной боли.
- Все говорят друг другу: «Привет!» - перекрывая шум голосов с неприкрытым сарказмом театрально произнёс Шерлок, размахивая смычком и не выпуская из рук скрипки. – Как мило!
Мужчина обжёг девушку взглядом, заставляя ту опустить глаза вниз, рассматривая ковёр на полу. Дрожащими руками Хупер поставила подарки на стоящий рядом столик и принялась снимать пальто, чувствуя себя неуютно. На помощь, как всегда пришёл Ватсон, убирая в сторону бутылку с пивом.
-Позволь, я… - Джон лишился дара речи, увидев перед собой эффектную яркую девушку, так не похожую на патологоанатома из госпиталя Святого Варфоломея. – Матерь Божья!
Эффект, произведённый Молли, оказался сродни разорвавшейся бомбе. Со всех сторон послышались восхищённые восклицания. Только Шерлок Холмс, занявший место за рабочим столом, не повернул головы, внимательно всматриваясь в экран ноутбука. Детектив словно находился за невидимой перегородкой, иногда отодвигая её в сторону, чтобы обрушиться с новым сарказмом.
- А вы тут выпиваете в честь Рождества? – если и раньше её радовал блеск, то сейчас платье показалось неуместным и чужим. Хупер то и дело одёргивала ткань, оправляя мягкий бархат, и теребила браслет.