Приложив пропуск, патологоанатом миновала проходную госпиталя, поднялась в комнату персонала, переоделась и отправилась в морг, где ей предстояло ожидать условного сигнала. В помещении помимо неё находились два человека, лица которых ничего не выражали, только один из них, нахмурившись, смотрел исподлобья. Мужчины были сосредоточены и походили на тени. Всё в их облике говорило о том, что шутки с ними плохи, равно как и тот факт, что вы не запомните о них ничего, более того не вспомните ни малейшей детали из их образов. Всё уже было приготовлено: кто-то за ночь успел доставить на место нужные объекты, причём так, чтобы об этом не узнали посторонние.
Ровно в одиннадцать часов телефон Молли засветился оповещением. Она открыла сообщение с одним единственным словом: «Лазарь». Сердце застучало, поднимая пульс до ста ударов в минуту. Стараясь скрыть волнение, девушка крепче сжала в руках телефон. Ладошки стали мокрыми, во рту пересохло, и она облизнула губы.
Оповещение номер два. «Лазарь 3». Её позывной и ни секунды задержки. Её ход. Пейзаж за окном заслонила тень. Это произошло так внезапно, что патологоанатом не успела испугаться. В следующую секунду она быстро открыла окно, запуская внутрь порыв ветра. Двое мужчин подтолкнули металлическую каталку к подоконнику, Молли быстро стянула белую простыню, помогая напарникам приподнять тяжёлую пластину. Их молчаливые действия походили на заранее отрепетированные. Раз, два, три. Каталка опустела. Один из мужчин отодвинул её к стене, в то время как другой молча взял девушку за плечи и, подтолкнув в сторону, закрыл раму. По-прежнему не говоря ни слова мужчины вышли из морга, оставляя Хупер наедине с мыслями. Ей оставалось только ждать и томиться в неизвестности, не покидая помещения.
Она медленно подошла к рабочему столу, опустилась в кресло и запустила пальцы в волосы. Краем уха патологоанатом услышала вой сирен машины скорой, совершенно не представляя, что творится под окнами госпиталя. Ей нельзя было смотреть из окна вниз - один из пунктов плана, который она не имела права нарушить, ради собственной безопасности. Ради безопасности других людей. Ради Шерлока. Она вступила в игру ради него.
Она не знала, сколько прошло времени и даже не слышала, как он вошёл в помещение.
- Уже можно расслабиться, - чуть растягивая слова в свойственном ему манере произнёс Майкрофт Холмс, вырастая словно из ниоткуда прямо напротив неё. От неожиданности она вздрогнула и подняла голову. Как и всегда он был идеален в образе чопорного английского джентльмена, облачённого в строгий костюм, застёгнутый на все пуговицы. – Предвосхищая ваш вопрос скажу, что всё прошло… идеально, если так можно выразиться в свете нынешних событий и будущих новостей.
- Где Шерлок? – Молли думала, что сможет увидеть его в последний раз. Посмотреть единожды, чтобы запомнить любимые черты и сохранить их в памяти. Но только встретила холодное равнодушие старшего брата.
- Достаточно знать, что с ним всё… в порядке. Дальнейшее вас не должно волновать. Но мы не закончили, - опираясь на неизменный зонт-трость, Майкрофт положил перед ней на стол исписанный с двух сторон лист бумаги и пододвинул его в сторону патологоанатома. – Вам осталось завершить начатое.
На лице мужчины появилась ехидная улыбка. Девушка взяла ручку и прочитала первую страницу, перевернула её, хмурясь и закусывая губу. Слишком тяжело давалось ей это действие. Проглатывая комок в горле, она одним росчерком поставила подпись под гарантом безопасности детектива-консультанта. Хупер молча протянула бумагу старшему брату, а тот в свою очередь взял лист и скользнул по нему взглядом, не меняясь выражением на лице. Заключение о смерти Шерлока Холмса исчезло в чёрной папке Майкрофта, которую тот держал в правой руке. Мужчина удовлетворённо улыбнулся и направился к двери, но внезапно остановился на полпути и обернулся в сторону девушки.
- Ах, да. Я предлагал Шерлоку дать и вам на подпись договор о неразглашении, - произнёс Холмс-старший. - Но брат сказал, что это будет лишним и он уверен в вас. Докажите ему это. Даже после его так называемой смерти.
Молли стиснула кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Ручка больно впилась в кожу, но сейчас патологоанатом не замечала ничего.
- Во мне можно не сомневаться, - слишком много эмоций было отдано сегодня, поэтому гордо подняв голову, девушка сверкнула глазами.