Аркадий Матвеевич решил строить стадион в половину запроектированной мощности, получая материалы полностью. Каким образом собирался он в конце концов завершить это несоответствие, нам не известно. Не известно это было и самому Аркадию Матвеевичу, в творчестве которого всегда наблюдалась некоторая стихийность. Быть может, пробудившись после долгого бездействия, заиграла в нем снова богатырская сила, и поманили его дальние дали. А может быть, он решил, что в грандиозности и праздничности предприятия незаметны будут некоторые изъяны. Но скорее всего успокаивали и утешали его поддержка и симпатия солидных и серьезных людей, от которых зависела жизнь города и его собственная жизнь и у которых он пользовался уважением и любовью.
Аркадий Матвеевич не оставался в долгу: на любовь отвечал любовью. Вскоре мебельные фабрики в Литве стали получать заказы на спальные гарнитуры, кожаные кресла и серванты, хотя в проекте, несмотря на всю его помпезность, будуары для футболистов не предусматривались.
Расширение дружеских связей привело к тому, что в делах артели "Бидонщик", которые все еще оставались чрезвычайно запутанными, фамилия Переселеиского сначала перестала мелькать, а потом перестала и встречаться.
Розалия Марковна Резюмэ стала устраивать более широкие приемы, на которых теперь присутствовали обычно Алексей Федорович с супругой, его заместитель Юрий Иванович Половинников, начальник отдела культуры товарищ Покаместов, работники искусства, журналисты и писатели.
Общность экономических интересов сгладила интеллектуальное неравенство между Розалией Марковной и Марией Ивановной. Розалия Марковна уже не говорила мужу, что Мария Ивановна чересчур проста и необразованна, а наоборот, в случае необходимости приготовить салат из рыбы или пельмени прибегала к ее помощи.
О самом же Аркадии Матвеевиче Переселенском стали говорить как об опытном строителе, прекрасном организаторе, башковитом хозяйственнике, умелом руководителе. Никому не могло прийти в голову, что этот энергичный человек, дающий на утренних летучках задание бригадирам и критикующий инженеров за невыполнение дневного графика, до сих пор не знает разницы между простой и десятичной дробью и не догадывается о том, что глаголы, отвечающие на вопрос "что делать?", пишутся с мягким знаком.
В конце концов, ни для кого не секрет, что многочисленные знания, получаемые в высших учебных заведениях, нужны лишь на первичных должностях. Только начинающий инженер обязан помнить, как рассчитать ту или иную балку на изгиб или как включить синхронный двигатель. От директоров, главных инженеров и их заместителей требуется уже общий философский взгляд на руководимое ими предприятие. Поэтому, выступая на совещаниях, Аркадий Матвеевич избегал технической терминологии. Он просто требовал успешного выполнения решений и досрочного решения задач, предлагал разработать ряд конкретных мероприятий и образцово подготовиться к зиме, он говорил о необходимости повысить требовательность и призывал работать с огоньком. В негативной части выступления он требовал вскрывать ошибки, предлагал нанести сокрушительный удар, об одних говорил, что они забыли об ответственности, а о других — что они утратили вкус к критике. Вообще критиковал он по-разному, но призывал всегда одинаково.
Внушив периферийцам мысль о том, что строительство нового стадиона является делом первой необходимости, Переселенский предложил пока устраивать на старом большие, массовые зрелища с участием лошадей, киноартистов и мастеров художественного чтения. Сценарий первого такого зрелища был разработан поэтом и драматургом Сергеем Авансюком, музыку писала бригада композиторов, а общую постановку должен был осуществить художественный руководитель и главный режиссер Периферийского городского театра, с которым мы познакомим читателя несколько позднее.