— Всем стоять! Иначе я вашему повелителю кадык вырву! — прогремел над толпой вражин его грозный рык. Печенеги, кинувшиеся было на выручку своему хану, тут же замерли в нерешительности, не зная, что предпринять. — Примерно вот так это будет выглядеть! — с этими словами Ратибор схватил другой рукой за глотку до сих пор стоящего рядом с троном ошарашенного Тертия, крепко прижимающего к груди шлем с золотыми монетами. Быстро нащупав своими стальными пальцами выпирающий кадык степняка, могучий русич рванул его на себя, выдрав практически с корнем. Шлем со златом звонко упал на землю, и золотые кругляши, искристо переливаясь под лучами солнца, красиво разлетелись в разные стороны. Тертий схватился за окровавленное горло. Из него хлестала фонтаном кровь. Страшно хрипя, силясь вдохнуть хоть толику воздуха и сделав пару шагов, новоиспечённый тысяцкий медленно завалился ничком у помоста, продолжая судорожно биться в предсмертных конвульсиях. Поражённые увиденным печенеги растерянно переводили взгляд со своего повелителя, оказавшегося в могучих тисках рыжего дьявола, на лежащего в луже собственной крови Тертия и не знали, что им дальше делать.
— Отозвал бы ты своих, — Ратибор холодно зыркнул в испуганные очи хана Илдея, — а то повторишь сейчас судьбу своего великого воителя. Мне терять нечего, сам понимаешь!
Илдей, попытавшись было что-то произнести, лишь еле слышно прохрипел, судорожно выпучив глаза.
— Не слышу! — Ратибор чуть ослабил хватку. — Ну-ка, прошамкай ещё раз, чего ты там сейчас пробубнил!
— Назад!.. Все назад!.. — с большим трудом просипел хан Илдей.
— Коня мне, и покрупнее! Секиру мою, да рассыпавшееся золотишко уж соберите по-шустрому в мешок какой. Не пропадать же добру! Да, и кандалы с ног не забудьте снять! А то больно неудобно в них скакать на лошадке… Не слышу!
— В-в-выполнять! — кое-как смог снова прохрипеть великий хан Илдей.
Спустя полчаса Ратибор выехал из стойбища кочевников. Препятствий ему не чинили. С ним была его старушка секира, притороченный к седлу куль со златом да лежащий впереди рыжебородого витязя поперёк коня сам повелитель степняков. Никто им не мешал и не гнался за ними. Ратибор пообещал, что отпустит хана, когда отскачет на безопасное расстояние от стойбища, и Илдей велел своим воинам дать им проехать беспрепятственно и никому не преследовать. Отъехав примерно на час езды от становища печенегов, Ратибор огляделся. Никого не было видно в бескрайней степи, никаких супостатов.
— Отпусти, демон!.. Ты ведь обещал… — в который раз жалостливо захныкал хан.
— Я всегда стараюсь выполнять свои обещания, — рыжеволосый богатырь взял одной рукой Илдея за шкирку, поднял его с коня да отпустил так, что тот смачно шмякнулся на землю пятой точкой, — потому запомни ты хорошенько эти мои слова! — Ратибор сверху вниз, со своей лошади, грозно воззрился на потирающего причинное место пленника. — Я ещё вернусь, разнесу этот поганый гадюшник и откручу твою глупую головёнку, «великий» хан Илдей!
После этих слов, более не оглядываясь, Ратибор пришпорил гнедого коня и помчался назад, к своим, к Первой заставе.