— Наш староста начинает смелеть, потому что постепенно убеждается в своей безнаказанности. И боюсь, что он не ошибается. Ташижан готов лизать ему ноги.
— Не весь Ташижан, — яростно возразила Катрин. — Есть мы… И еще есть те, кто навел нас на ритуальный зал. Раньше ты упомянул, что плащ теней скрывает не только лицо рыцаря. Мне думается, что на нашей стороне больше людей, чем можно подумать.
— Возможно, ты и права, но бороться за Ташижан надо не только в тени.
Девушка не могла не признать правоту друга. Настанет момент, когда рыцарям придется взяться за мечи и открыто принять чью-то сторону.
Наконец они добрались до площадки, где жил Перрил. Юноша обитал на одном из самых нижних этажей, вместе с другими молодыми рыцарями, недавно получившими плащи. Геррод попрощался и направился к себе, в подземелье.
Когда он скрылся за поворотом лестницы, Катрин с охотником зашагали по узким проходам с низкими дверями по сторонам.
Она вспомнила свои годы на этом этаже. Счастливое время, свободное от интриг и душевной боли.
Из-за дверей некоторых комнат раздавались смех и стук костяных кубков. Коридор, казалось, пропитан запахом эля. Откуда-то доносился звон мечей: рыцари соревновались, примеривались друг к другу.
Девушка уверенно пробиралась по лабиринту проходов.
— Сюда. — Она указала на дверь.
Катрин проверила, на месте ли письмо и не смазалось ли имя адресата. Удовлетворенная осмотром, она шагнула к двери и постучала.
Баррен и Хирн сели по сторонам, почти полностью перегородив узкий коридор. Лорр остановился за спиной девушки.
Перрил не отвечал. Может, он куда-то вышел?
Катрин постучала еще раз, громче. За дверью послышалась возня: выходит, юноша дома.
— Перрил, — позвала девушка.
Ей ответила тишина.
— Перрил, это Катрин.
Краткое молчание, которое нарушил приглушенный голос:
— Заходи, быстро.
Катрин чуть толкнула дверь. Та оказалась незапертой, и девушка распахнула ее настежь. В гостиной горел очаг. В лежащей за аркой спальне царила темнота.
Перед очагом, лицом к огню, стоял закутанный в плащ рыцарь.
— Закрой дверь, — сказал он. — И запри.
Она повиновалась, хотя уже поняла, что перед ней не Перрил. Мужчина был слишком крепко сбитым, слишком широкоплечим. Даже укрытый с головы до пят плащом, он выглядел гораздо старше, чем юный рыцарь.
— Где Перрил? — спросила Катрин.
— Исчез… никто не знает куда. На его кровати кровь.
Девушке снова представился убитый рыцарь в позе Огненного Креста. Ее охватил страх. Если Аргент проведал о ее письме, мог ли он узнать, кому оно адресовано?
— Кто ты?
Рыцарь повернулся; масклин скрывал его лицо, оставляя видимыми только глаза и полосы татуировки.
— Разве ты не узнаешь? — спросил он.
Катрин уставилась в его глаза. Ее колени дрогнули, комната закружилась. Время повернуло вспять.
— Тилар… — прошептала она.
Часть четвертая
Меч богов
Глава 17
Игра теней
— Опять у тебя холодно? — спросила Лаурелла. Она сидела у очага и зашивала серебряной иглой кружевной чулок. — Но если мы станем все время ночевать вместе, про нас начнут рассказывать небылицы.
Укор в словах смягчала улыбка.
Щеки Дарт залились румянцем. И все же она не могла заставить себя взять назад просьбу снова переночевать в покоях подруги. Она боялась спать одна с тех пор, как два дня назад обнаружила, что в ее спальне кто-то побывал ночью. И снова перед глазами возник Яэллин де Мар, наклоняющийся над нею спящей, а серебристая прядь в его темных волосах светится в темноте. Девочка с трудом скрыла содрогание.
Лаурелла ощутила ее состояние.
— Что с тобой происходит? — спросила она со вздохом.
Дарт бросила взгляд на Щена. Он лежал на полу перед Лауреллой и завороженно наблюдал, как та зашивает дырку. За его спиной плясало пламя очага, но Щен не отбрасывал тени. Дарт устала от секретов, она хранила их так много, что они буквально распирали ее изнутри.