— И как Тилар оказался замешан в эту борьбу?
— В неведении своем он встал между орденом и Крестом, и противоборствующие силы сокрушили его. Его обвинили в убийстве семьи сапожника, а чтобы доказать его невиновность, сиру Генри пришлось бы выдать своих людей, которым удалось втереться в доверие к Кресту. В итоге невинного Тилара приговорили к изгнанию из ордена и рабству. Все, чем смог ему помочь сир Генри, — это избавить твоего возлюбленного от виселицы.
Девушка положила ладонь на живот.
«Не всем было оказано подобное милосердие…»
— Тогда кто же убил семейство сапожника?
Голос Мирры понизился до шепота:
— Тот же человек, что убил и сира Генри.
Перрил отшатнулся.
— Не может быть…
Смерть сира Генри породила много пересудов. Его тело нашли на ступенях башни, на лице застыли ужас и боль, а пальцы обгорели до первого сустава. Но сир Генри увлекался алхимией и имел дело с опасными смесями. Совет мастеров решил, что причиной смерти послужил неудачный опыт, хотя расследование еще не закончилось.
Катрин содрогнулась, но подавила смятение и страх.
— Вы говорите правду?
Смотрительница неотступно несла свою вахту у очага, хотя в ее глазах блестели слезы.
— Я не смогу доказать, что его убили, но я совершенно уверена в этом.
— Кто же это сделал?
— Глава Огненного Креста. — Мирра плотнее завернулась в горностаевый плащ. — А если не он лично, то кто-то по его приказу.
— И вы знаете его имя?
Снова едва заметный кивок.
— У сира Генри имелись подозрения, но доказательств не было.
Катрин не собиралась легко сдаваться.
— И кто это?
Голос старой смотрительницы сломался от отчаяния:
— Будущий хранитель Ташижана… Аргент сир Филдс.
Ужин из зажаренной с картофелем и репой свинины, к которой подали красное вино, Катрин разделила с Герродом Роткильдом. За столом царило мрачное настроение. Они ужинали в покоях Геррода, в том крыле, где жили мастера.
Комнаты Геррода отличались таким же порядком, как и его ум. В небольшом очаге алели угли, узкие окна закрывали толстые шерстяные занавеси без узора, а незамысловатую мебель из зеленого дерева украшала лишь медная отделка. Из обстановки выделялись четыре затейливые жаровни в форме лесных созданий: орла, скривирма, волка и тигра. Они стояли по углам комнаты. Но даже жаровни служили не только для красоты: обычно там горели редкие алхимические составы, помогавшие укрепить ум и собрать воедино мысли.
— И больше смотрительница Мирра ничего не сказала? — спросил Геррод.
Отвечать нужды не было, он уже четвертый раз задавал этот вопрос. Тем не менее Катрин кивнула.
Геррод с силой ткнул мясо вилкой. По своему обыкновению, он не снял бронзовых доспехов, лишь избавился от шлема. Он был не старше Катрин, но уже облысел, а голую кожу головы покрывали символы пятнадцати дисциплин, в которых он достиг мастерства. Кожа Геррода отличалась такой бледностью, что казалась прозрачной, даже губы. Только глаза остались темно-коричневыми, под стать доспехам.
Он поднес наколотый кусок ко рту, и в тишине за столом жужжание доспехов слышалось особенно громко. Доспехи скрывали и поддерживали тщедушную плоть. В детстве Геррод подавал большие надежды, и его обильно пользовали составами с Милостями огня и воздуха, чтобы подготовить его ум к учению, но мальчика нагрузили слишком сильно. Пятнадцать дисциплин стоили ему крепости костей и мышц, и теперь он мог управлять своими конечностями только при помощи доспехов.
— Я не могу обратиться к совету без доказательств, особенно если обвинения выдвигаются против Аргента сира Филдса. — Геррод грустно покачал головой. — Я сам им с трудом верю.
— Смотрительница Мирра не из тех дам, что склонны к фантазиям.
Бледный лоб рыцаря собрался хмурыми складками.
— Она поделилась с нами лишь догадками, и то с большой неохотой. Прежде чем вдаваться в более подробные объяснения, она хочет посоветоваться с верными сиру Генри рыцарями. Мне кажется, что она открылась нам с Перрилом только потому, что мы были близки с Тиларом. Мирра убеждена, что тот сыграет важную роль в грядущих неурядицах; хотя она не уверена, вступил он в игру по своей воле или нет.
Геррод вздохнул с шумом, похожим на скрип его доспехов.
— А ты поделилась секретом со мной. Вдруг ты поступила неразумно? Я совсем не знал Тилара.
Катрин тронула его бронзовую руку.
— Если я не могу доверять тебе, то мне больше некому довериться в Ташижане.
Металлическая перчатка раскрылась как раковина, обнажив худые, как у скелета, пальцы внутри. Девушка не вздрогнула от их прикосновения, и Геррод улыбнулся. Как и все мастера, он отказался от женских ласк, но обет не удерживал его от способности любить. Катрин знала, что испытывает к ней калека рыцарь, и знала свои чувства к нему.