— Когда бушевал шторм? — Калеб вспомнил голос в ночи, звавший и манивший его. Тогда, он едва не поплатился жизнью за то, что пошёл его зов.
— Да. Ты шел ко мне, и все должно было закончиться быстро. Если бы не тот старик. Он спутал все планы. Я растерялась, я не знала, что мне делать, ведь у меня было всего три дня, чтобы я смогла зачать ребенка. Одна попытка, одна возможность, когда тело русалки способно создать и выносить новую жизнь. К тому же, из всех остальных русалок, в этот раз готова оказалась только я. Звезды дали шанс мне, единственной. Я не могла подвести свою семью, и решилась на отчаянный шаг. Я пошла за тобой. Вышла на берег, но, к сожалению, жестоко поплатилась. И снова он. Чертов старик. Я угодила в его сеть и проиграла битву. Суша забрала мою силу, а дальше… дальше ты и сам все знаешь, Калеб.
Диана выжидающе смотрела на Калеба, а тот пытался осмыслить все, что она ему рассказала. Поверить в это было совершенно невозможно, как и в то, что Диана беременна. Однако, если второй факт Калеб уже принял, значит и первый рано или поздно уложится в голове.
— У меня есть вопрос, и я не знаю, хочу ли я услышать на него ответ, но не спросить все же не могу, — Калеб провел дрожащей рукой по волосам.
— Ты сказала — нам надо помолиться, чтобы это оказалась девочка. Ребенок…
Диана в тут же секунду побледнела. Ее ладони прикрыли бугорок внизу живота. В глазах заблестели слезы.
— Магия даруется только нимфам. Она передается от матери к дочери, и никак иначе.
— А если родится мальчик? Что тогда?
В воздухе повисла пауза. Калеб не мигая смотрел Диане в глаза. Лазурь в ее глазах зажглась и тут же потухла, словно вытекая вместе с нахлынувшими слезами.
— Мальчиков оставляют на берегу… Они нам не нужны… Таковы правила…
Калеб вскочил на ноги. Сердце в его груди отбивало бешеный ритм.
— Оставляете? Бросаете младенцев умирать?
Диана отвернулась, пряча лицо.
— Прошу, Калеб. Не произноси это вслух!
Калеб ощущал ярость почти физически. Он бросился к озеру и зачерпнул воды, чтобы освежить лицо. Диана сидела неподвижно, наблюдая за ним из-под опущенных ресниц. Спустя несколько секунд, Калеб все же взял себя в рук и вернулся к ней. Он присел рядом с Дианой на колени.
— Неужели вы настолько бессердечны? Неужели и ты сможешь вот так просто оставить новорожденного и уйти в море, словно не вынашивала его под сердцем все это время?
— Калеб, прошу… — Диана жалобно застонала.
— Нет, ответь! Как это возможно?
— Природа все продумала… За месяц мы не можем проникнуться материнским инстинктом. Такова цена магии. Это плата за вечную молодость и нашу жизнь.
— Не слишком ли много жизней вы приносите в жертву, чтобы сохранить свою? — процедил сквозь стиснутые зубы Калеб
— Такова судьба. Мы не можем пройти против нее.
— Нет. Нет, черта с два. Все это полная чушь.
Калеб не хотел верить, что Диана следует какому-то намеченному звездами плану. Он потянул девушку к себе и обхватил ее лицо руками.
— Посмотри на меня, пожалуйста.
Она подняла остекленевшие глаза. В них читалась покорность и безысходность. Диана словно заранее признавала свое поражение.
— Ничего не предрешено. И что бы там не диктовали ваши правила, кровные узы или магия, все неважно. Ты сама вправе решать, как тебе поступить и кем быть.
— Я знаю, кем ты хочешь меня видеть, Калеб. Моя человеческая сущность преобладает во мне только пока я ношу твоего ребенка. Потом, я снова стану самой собой. Ты же видел мое истинное лицо. Лицо чудовища. И по-другому не будет, никогда. Таковы правила.
— Ты же говорила, что нарушила их. Так не все ли теперь равно? По твоим правилам, я должен быть уже мертв. Но я здесь, рядом с тобой. Как видишь, все еще жив. На меня не действует твоя магия.
Диана с любопытством склонила голову на бок. Калеб понял, что сказанное подействовало на неё нужным образом. Она задумалась.
— Ты ведь пришла ко мне сегодня ночью, значит, я не просто тот, кого ты использовала… Ты ведь тоже чувствуешь эту связь между нами?
С каждым выдохом Калеб подвигался к ней все ближе. Последние слова оставили жаркий след на ее губах. Она приоткрыла их и Калеб настойчиво поцеловал ее. Если первые секунды Диана делала неубедительные попытки сопротивляться ему, то вскоре сдалась и углубила поцелуй.
— Нет, я не позволю тебе уйти, поняла? Ты моя, Диана. Ты и этот ребенок.
Диана мучительно застонала. В ту же секунду по кронам деревьев прошел ветер. Могучие пальмы заскрипели под его натиском. Все вокруг наполнилось едва слышным шепотом. В глазах Дианы застыл страх.