Алекс холодно смотрел на Пенелопу.
– Так какой будет ответ?
Девушка, побледнев как мел, переводила взгляд с дерзкого лица Лили на зловещее Алекса. С испуганным криком она бросилась в свою комнату.
– Тиран! – воскликнула Лили. – Вы прекрасно знаете, как запугать несчастную девочку!
– Она сделала выбор! – Алекс швырнул коробку на пол. – Вы сами закончите укладывать вещи или мне продолжить?
Последовало долгое молчание.
– Ну хорошо, – презрительно процедила Лили. – Убирайтесь. Оставьте меня в покое. Через час я уеду.
– Если можно, еще быстрее.
– Попрошу вас объяснить моим родителям причину моего отъезда, – насмешливо сказала Лили. – Они, конечно, поддержат вас во всем.
– Пенелопе ни слова! – на прощание предостерег Алекс.
Когда он был достаточно далеко, Лили глубоко вздохнула и позволила себе расслабиться. Она тихо засмеялась.
– Высокомерный глупец! Неужели он думает, что со мной так легко справиться?
Глава 6
Слуги несли чемоданы и саквояжи Лили. Крытый экипаж сверкал черным лаком и гербами Рэйфордов. Кучер получил приказ отвезти Лили в Лондон и немедленно вернуться.
Время, предоставленное Лили на сборы, почти истекло. Перед подъездом она захотела повидаться с отцом. Он был в одной из маленьких комнат наверху, за столом, заваленным книгами.
– Папа, – тихо позвала Лили.
Джордж Лоусон взглянул на нее через плечо и поправил очки.
– Лорд Рэйфорд сообщил мне, что ты уезжаешь.
– Меня выгоняют!
– Ничего иного я не ожидал, – задумчиво сказал он.
– Папа, ты сказал хоть слово в мою защиту? Или ты рад, что я уезжаю?
– Я очень занят, – сказал Джордж.
– Да, конечно. Прости, – пробормотала Лили.
Он повернулся к ней. Его лицо выражало беспокойство.
– Не стоит извиняться. Меня твои выходки давно не удивляют. И я не огорчаюсь, потому что ничего хорошего от тебя не жду.
Лили и сама не знала, зачем пришла к нему. Между ними никогда не было теплых отношений. Когда она была маленькой, она постоянно беспокоила и раздражала его: пробиралась к нему в кабинет, приставала с вопросами, пыталась рисовать его ручкой и пачкала его бумаги. Когда Лили выросла, она поняла, что отец равнодушен к ней: ни ее мысли, ни ее вопросы, ни ее поведение не волновали его. Она пыталась понять причину этого равнодушия. Долroe время Лили считала, что виной всему ее характер. Однажды она поделилась своими мыслями с матерью.
– Что ты, милочка, он всегда был такой, – безмятежно сказала миссис Лоусон. – У него спокойный и замкнутый характер. Но он не злой, Лили. Знаешь, есть отцы, которые бьют детей! Тебе повезло, что у твоего папы такой мягкий характер.
Тогда Лили подумала, что такая мягкость ничем не лучше порки. Теперь она не испытывала ни боли, ни удивления, только грусть. С печальной улыбкой она повернулась и быстро вышла из комнаты.
Лили спускалась по великолепной лестнице, С грустью она подумала, что никогда больше не увидит Рэйфорд-Парк. Удивительно, как она полюбила эту спокойную классическую роскошь. Как жаль! Какую чудесную жизнь мог бы предложить Алекс своей жене! Попрощавшись с дворецким и горничными, Лили наблюдала, как ее вещи вносят в экипаж. Приглядевшись, она заметила вдалеке маленькую фигурку. Генри возвращался от своих приятелей, размахивая палкой на ходу.
– Слава богу, – с облегчением вздохнула Лили и помахала ему.
Он ускорил шаги и удивленно посмотрел на нее. Лили с нежностью отбросила светлые пряди с его лица.
– Я уж боялась, что ты опоздаешь.
– Опоздаю? Что это значит? – Он указал на экипаж.
– Опоздаешь попрощаться. – Лили чуть улыбнулась. – Мы с твоим братом поссорились, и мне нужно уехать.
– Поссорились? Из-за чего?
– Я уезжаю в Лондон. – Лили не ответила на вопрос. – Жаль, что не удалось показать тебе другие фокусы. Что ж, старик, может, еще увидимся. Может, даже у Крейвена. Я там часто бываю.
– Крейвен? – с благоговением произнес Генри. – А вы с ним знакомы?
– Да, я хорошо знаю владельца клуба.
– Дерека Крейвена?!
– А, так ты слышал о нем! – Лили удержалась от победной улыбки. Генри клюнул на наживку, как она и рассчитывала. Ни один нормальный мальчишка не устоит против запретного очарования улицы Сент-Джеймс.
– А кто не слышал! Что у него за жизнь! Он знает всех самых богатых, самых могущественных людей в Европе. Он – легенда! Самый могущественный человек в Англии… после короля, конечно.
Лили улыбнулась.
– Я бы не сказала. Если бы Дерек тебя слышал, он бы, скорее всего, сказал, что он незаметнее капли воды в океане. Но заведение у него неплохое.
– В школе мы мечтали о том, что, когда вырастем, сможем ходить к Крейвену.
Правда, еще долго ждать… Но уж когда вырасту!..
Генри тяжело вздохнул.
– А зачем ждать? – тихо спросила Лили. – Можно и сейчас!
Он удивился.
– Да меня даже на порог не пустят! Мне же всего…
– Конечно, двенадцатилетнего мальчика не пустят в клуб. У Дерека на этот счет строгие правила. Но для меня он сделает что угодно. Со мной ты мог бы попасть внутрь, посмотреть на игровые залы, попробовать французские блюда. – С озорной улыбкой она добавила: – Может быть, Дерек разрешит тебе пожать ему руку на счастье. Говорят, он передает так частичку своей удачи.
– Вы меня просто дразните, – подозрительно сказал Генри, но в голубых глазах засияла надежда.
– Поедем со мной в Лондон и сам увидишь. Брат, конечно, не должен знать. Тебе придется спрятаться в карете. – Лили подмигнула – Поедем к Крейвену, Генри. Это будет настоящее приключение, я обещаю.
– Но Алекс будет недоволен!
– Да уж, по головке не погладит, не сомневаюсь.
– Но бить он меня не будет, – размышлял Генри. – После того, что я получил в школе…
¦ – Тогда чего бояться? Генри радостно засмеялся.
– Бояться нечего!
– Ну, тогда садись. Только чтобы никто не видел. Ты даже не представляешь, как я буду огорчена, если тебя поймают.
Уехала. Из окна библиотеки Алекс видел, как коляска скрылась за поворотом. Но ожидаемого облегчения не наступило. Он метался по дому, как тигр в клетке, ища свободы… от чего? если бы он знал! Дом был непривычно тихий. Как и до ее появления. Не будет теперь никаких ссор и непредвиденных неприятностей. Наконец он почувствует себя спокойно.
Нужно пойти к Пенелопе. Его пьяная выходка напугала ее. Поднимаясь по ступенькам, Алекс поклялся, что отныне он будет само терпение. Изо всех сил будет стараться угодить ей. Впереди у них долгая счастливая жизнь – череда спокойных, однообразных дней. Он слабо улыбнулся. Каждому ясно: брак с Пенелопой – то, что нужно.
Подойдя к двери, он услышал душераздирающий плач и голос, полный страсти. На мгновение он подумал: Лили! Нет, голос выше и интонации мягче.
– Я люблю его, мама! – рыдала Пенелопа. – Я всегда буду его любить! Если бы я была такой же смелой, как Лили! Никто бы меня не остановил!
– Успокойся, успокойся, – уговаривала миссис Лоусон. – Не надо так говорить. Будь же разумной, милочка. Лорд Рэйфорд обеспечит тебя и твою семью на всю жизнь. Папа и мама лучше знают, что для тебя хорошо. И лорд Рэйфорд тоже.
Сквозь рыдания Пенелопа выдохнула:
– Это неправда!
– Я была права, – продолжала миссис Лоусон. – Это все твоя сестра. Я очень люблю Лили, ты знаешь, но она не успокоится до тех пор, пока не испортит всем жизнь. Мы должны принести лорду Рэйфорду извинения. До чего Лили довела этого спокойного воспитанного джентльмена! Нельзя было позволять ей жить здесь!
– Она была права, – плакала Пенелопа. – Она знала, как мы с Закери любим друг друга. Боже, почему я такая трусиха!
Алекс повернулся и пошел прочь. Он язвительно посмеивался. Хорошо было бы свалить все на Лили, но это неправда. Он один во всем виноват. Он с его ослабевшим самоконтролем, с его жаждой иметь то, что он не может иметь.