– Неужели ты не видишь, как мне тяжело? Может, тебя это забавляет, а мне хочется быстрее с этим покончить. Пожалуйста, будь серьезным.
– Я вполне серьезен. – Он притянул ее к себе и жадно поцеловал. Она невольно ответила, губы ее приоткрылись. Подняв голову и глядя ей прямо в глаза, он продолжал: – Я открою счет в банке на твое имя, суммой ты будешь вполне удовлетворена. Я закажу для тебя карету в каком угодно стиле. Я открою кредит в любых магазинах. Хотя я этого не одобряю, но я разрешу тебе играть в клубе Крейвена, раз тебя так туда тянет. Но я запрещаю тебе носить платья, которые мне не нравятся, а если ты станешь поощрять ухаживания других мужчин, я тебе шею сверну. Ты должна спать со мной каждую ночь, и, если мне понадобится отлучиться из города, ты поедешь со мной. Что касается охоты, верховой езды, стрельбы и так далее, я все это разрешаю, но в моем присутствии. Никакой скачки в одиночку. Я запрещаю любое поведение, которое сочту безрассудным и опрометчивым. – Он почувствовал, что Лили напряглась. Условия тяжелые для женщины, чью свободу никто никогда не ограничивал. Но она не возражала. – Я не буду деспотом. Если я стану слишком давить на тебя, не сомневаюсь, что ты сразу же об этом заявишь.
Она заговорила, явно волнуясь.
– Ты должен знать… Я… Я не хочу детей и буду принимать меры предосторожности. У меня не будет детей. Не хочу.
Он колебался. Почему она так волнуется?
– Хорошо, – согласился он.
– Не соглашайся, если у тебя другие намерения.
– Я бы не сказал «да», если бы у меня были другие намерения, – рассердился он.
Он чувствовал, что для нее это важно, что она настаивает неспроста. Он терпелив. Со временем он разберется в причинах этого страха. Но если она не согласится, он подчинится ее решению. Тогда Генри продолжит их род.
– Когда я наскучу тебе, – тихо, торжественно продолжала Лили, – ты разрешишь мне сохранить все, что подарил. – Она слышала, что это обычное условие в соглашении между содержанкой и протектором. Если уж она пошла по этому пути, нужно как следует позаботиться о своих интересах. Ее испугало неожиданное молчание Алекса.
– Я еще не все объяснил, – заговорил наконец он.
Лили насторожилась.
– Не понимаю, в чем дело? Это касается денег? Дома? Если речь вдет о моей дружбе с Дереком, то, как ты знаешь…
Подожди, Лили. Послушай меня. – Он набрал побольше воздуха. – Я вот что хотел сказать тебе: я не хочу, чтобы ты была моей любовницей.
– Ты не хочешь… – Широко открыв глаза, она уставилась на него. Ее трясло от ярости. Он над ней издевается? Он нарочно все это затеял, чтобы унизить ее? – Тогда какого черта мы тратим впустую время?
Он мял в руках уголок простыни. Это оказалось неожиданно трудно. Потом взглянул ей прямо в лицо.
– Я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Глава 10
– Женой…– без всякого выражения повторила Лили.
От унижения ее бросило в жар, потом в холод. Значит, это была шутка – хорошо продуманная жестокая игра. Видимо, он все спланировал во время той ночи, когда она привязала его к своей кровати! Но, может быть, он еще хочет ее в качестве содержанки, просто стремится показать ей, что он – хозяин положения. Она в его власти, и он волен играть с ней и мучить ее, как ему вздумается. Он наблюдал за ней, она это чувствовала. Испытывает ли он к ней то же презрение, что и она к самой себе? В сердце была пустота, она даже не могла разозлиться. Почти не могла. Не глядя на него, она заговорила:
– У тебя извращенное чувство юмора…
Он прикрыл ей рот ладонью.
– Да нет же, нет, черт возьми! Я не шучу! Я хочу жениться на тебе.
Она укусила его, и он быстро отдернул руку.
– Тебе незачем жениться – я ведь уже согласилась стать твоей любовницей!
Он с удивлением смотрел на следы от ее зубов на ладони.
– Я слишком уважаю тебя, ты, злобная сука!
– Очень мне нужно твое уважение! Мне нужны пять тысяч фунтов!
– Любой другой женщине польстило бы мое предложение. Любая другая была бы благодарна. Я предлагаю тебе больше, чем позорную связь.
– Естественно, что ты, в своем самодовольстве и ограниченности, так думаешь. Но я совершенно не польщена и не испытываю никакой благодарности. Я согласна быть твоей любовницей. Это или ничего.
– Ты будешь моей женой, – спокойно сказал он.
– Ты хочешь получить меня в собственность! – закричала она и попыталась встать с кровати.
Совершенно верно. – Он схватил ее, бросил на кровать и навалился на нее всей тяжестью. – Да. Я хочу, чтобы все знали, что ты моя. Я хочу отдать тебе мои деньги и мое имя. Хочу, чтобы ты жила со мной. Хочу проникнуть в тебя – в твои мысли, в твое тело. Хочу тебя всю. Я хочу дать тебе все, чтобы ты была счастлива, какой бы смысл ты ни вкладывала в это слово. Ты этого боишься? Я боюсь до черта. Ты думаешь, я сам рад, что не могу чувствовать иначе? Ты ведь, знаешь ли, не подарок… Он вовремя остановился.
– Ты ничего обо мне не знаешь! – взорвалась она. – А то, что знаешь, должно было напугать тебя! Черт возьми, теперь я точно знаю, что у тебя размягчение мозгов!
– Я не собираюсь платить по счетам Гарри Хиндона или того, другого подонка. Я тебя не предавал, Лили. Никогда. Помнишь, я тебя спросил, почему ты ненавидишь мужчин. Ты вольна презирать всех до единого. Но не меня.
– Ты думаешь, я отказываю из-за любовных неудач? – Она с удивлением посмотрела на него. – Пойми, я могу мириться с твоими условиями, причудами и правилами какое-то время, даже несколько лет. Но неужели ты думаешь, что я на всю жизнь откажусь от моей свободы, от моих прав, от всего – и чего ради? Ради привилегии каждую ночь тебя ублажать? Это приятно, не спорю. Но ради этого не стоит жертвовать всем, чем я дорожу.
– Приятно, – угрюмо повторил он. Она вызывающе посмотрела на него.
– Ты слишком тяжелый. Мне трудно дышать. Он не шелохнулся.
– Что ж, расскажи мне о своей свободной жизни, Лили. Расскажи, как ты каждую ночь играешь, чтобы свести концы с концами. Может, скажешь, что у тебя не бывает моментов, когда тебе нужен кто-то рядом?
– У меня все есть. – Она старалась твердо смотреть на него, но не смогла и отвела взгляд.
– А у меня – нет,– хрипло сказал он.
Лили отвернулась.
– Тогда поищи кого-нибудь другого, – сказала она с отчаянной решимостью. – Любая согласится пойти за тебя.
– Таких, как ты, больше нет.
– Что ты говоришь! С каких же пор я стала для тебя источником столь горячих чувств? – Она повернулась к нему и увидела, что он улыбается. – Не вижу ничего смешного.
Он лег рядом, перестав давить на нее всем телом, и, опираясь на руку, задумчиво посмотрел на нее.
– Нас сразу потянуло друг к другу. Мы созданы друг для друга. Мне кажется, если бы ты жила на другом конце света, мы бы все равно встретились. Тебя влечет ко мне так же, как и меня к тебе.
– Наверное, начитался Байрона, – пробормотала она. – Удивительно слышать от тебя эту романтическую чушь.
– Ты сама меня выбрала.
– Ничего подобного!
Из сотен мужчин, с которыми ты сталкивалась у Крейвена, на балах, на охоте, я единственный, с кем у тебя завязались какие-то отношения. Ты спровоцировала ссору, ты явилась в мой дом, ты вмешивалась в мои дела, ты расстроила мою свадьбу, выманила меня в Лондон и привязала к своей постели, поставила на карту свое тело и играла со мной, прекрасно зная, что можешь проиграть. Бог мой, неужели нужны еще доказательства? Скажи, был ли другой несчастный, чью жизнь ты так же перевернула? Вряд ли.
– Я делала это ради Пенни, – тихо сказала она.
Он улыбнулся.
– Это был всего лишь предлог. Ты делала это, потому что хотела меня.
– Самодовольный глупец! – Она покраснела.
– Вот как? Тогда скажи, что я тебе не нужен.
– Ты мне не нужен.
– Скажи, что эти две ночи ничего не значили в твоей жизни.
– Совершенно ничего!
– Скажи мне, что ты не хочешь больше меня видеть.