– Леди Рэйфорд! – притворно вздохнул он. – Ваша красота затмевает сияние луны! Рядом с вами я чувствую себя ничтожеством!
– Рядом со мной ты ничтожество! – вмешался Алекс, неизвестно каким образом оказавшийся рядом.
Росс послал Лили одну из своих очаровательных улыбок.
– Видите, он мне не доверяет!
– И я тоже! – промурлыкала Лили.
Он принял оскорбленную позу.
– Я хотел только предложить вам тур вальса, мадам. – И добавил с обворожительной улыбкой: – Мне еще не приходилось танцевать с ангелом!
– Она обещала этот танец мне, – заявил Алекс и потянул жену за собой.
– Как насчет следующего? – спросил Росс. Алекс обернулся и бросил через плечо:
– Она мне обещала все танцы!
Со смехом Лили предупредила его, когда они вошли в круг танцующих, что она плохо танцует.
Алекс подумал, что она шутит, но, когда они начали, оказалось, что действительно так оно и есть. Понадобились неимоверные усилия, чтобы обуздать ее спортивный задор. Не говоря о том, что Лили постоянно пыталась вести.
– Слушайся меня,– говорил Алекс, стараясь двигаться медленнее.
Лили упрямо двигалась в другую сторону.
– Лучше ты слушайся меня! – дерзко предложила она.
Он склонился к ней и шепотом напомнил ей об их последней ночи. Лили усмехнулась – оригинальный совет! Но под его пристальным взглядом притихла и невольно подчинилась ему. Она забыла обо всем на свете и вдруг поймала себя на том, что грациозно скользит по паркету.
– Смотри-ка, получается! – воскликнула она.
Радуясь за нее, Алекс танцевал с ней и следующие танцы. Присутствующие только недоуменно поднимали брови.
В то время считалось дурным тоном, когда муж в обществе ухаживал за женой. Но Алекс не обращал на это внимания. Лили тоже посмеивалась над светскими дамами, которые, прячась за веера, обсуждали подчеркнутую внимательность Алекса к жене, в то время как их собственные мужья едва удостаивали их взглядом. Даже Пенелопа недоумевала по поводу влюбленности Алекса.
– О чем ты с ним все время разговариваешь? – спросила она однажды Лили. – Что ты говоришь такое интересное?
Сейчас же в разговор вступили леди Элизабет Бэргли и миссис Гвайнет Доусон, молодые замужние дамы,, с которыми Лили недавно подружилась. Особенно ей нравилась Элизабет, живая, с чувством юмора.
– Я тоже хочу послушать! – заявила Элизабет. – Всем хочется научиться держать мужей у себя под каблуком. О чем ты с ним разговариваешь, дорогая, что ему это кажется столь захватывающим?
Лили пожала плечами и взглянула на Алекса. Он стоял поодаль в кругу мужчин. Они что-то оживленно обсуждали. Почувствовав ее взгляд, он обернулся; его лицо просияло улыбкой.
– Мы обо всем разговариваем, – сказала Лили приятельницам.– О бильярде, пчелином воске, политических взглядах Бентама. Я всегда высказываю свое мнение, но он не всегда соглашается со мной.
– Разве можно разговаривать с мужчинами о политике? – растерянно спросила Гвайнет. – Для этого у них есть друзья.
– Кажется, я опять сказала что-то не то, – засмеялась Лили. – Все, больше ни о какой политике я не буду разговаривать с Алексом!
– Лили, не вздумайте что-либо менять! – поспешно возразила Элизабет. – Лорду Рэйфорду вы нравитесь такая, какая есть. Пожалуй, мне стоит поинтересоваться у моего мужа, что он думает о пчелином воске и политических взглядах мистера Бентама!
Улыбаясь, Лили скользнула взглядом по фойе. Сердце ее упало: в толпе она разглядела черные как смоль волосы, знакомые черты смуглого лица. Ее бросило в дрожь. Она зажмурилась, потом вновь открыла глаза. Видение исчезло. Она почувствовала теплое прикосновение к своей руке.
– Лили? – спросила Пенелопа. – Что-то случилось?
Глава 12
ЛИЛИ невидящим взглядом смотрела в толпу. Придя в себя, она покачала головой и заставила себя улыбнуться. Не может быть, это не Джузеппе! За последние годы он слишком опустился, чтобы появиться в столь блестящем обществе. Несмотря на аристократическое происхождение, для него теперь закрыты двери приличных домов.
– Все в порядке, Пенни. Мне показалось, я увидела знакомого.
Ей удалось отвлечься и даже получить удовольствие от спектакля, но она была рада, когда он закончился. Заметив это, Алекс отказался от приглашений и отвез жену домой в Бэйсуотер-Роуд.
Лили пристально посмотрела на Бэртона. Он научился понимать этот взгляд: она спрашивала, нет ли известий от Джузеппе. Он тихо покачал головой. Ее сердце готово было разорваться. Долго ли еще оно выдержит? Сколько еще тревожных ночей у нее впереди?
Лили непринужденно болтала о спектакле, но Алекс почувствовал ее состояние. Она захотела коньяку, но вместо этого он приказал принести горячего молока. Лили нахмурилась, но не возражала. Выпив немного, она разделась и легла, крепко прижавшись к Алексу. Он поцеловал ее, и она с готовностью прильнула к нему. Но впервые она не могла разделить его страсть.
Он тихо спросил, что случилось. Ничего. Она просто устала. Он вздохнул и обнял ее, и она положила голову ему на плечо.
Ей снилась дочь. Сквозь темную мглу Лили тянулась к ребенку, но никак не могла достать. В ушах гремел издевательский смех. Не достанешь… Не достанешь… Не достанешь…
– Николь! – в отчаянии закричала она.
– Лили! – тихий, спокойный голос донесся из темноты.
Она едва стояла на ногах, хватая руками пустоту. Алекс подхватил ее, и она прижалась к нему, тяжело дыша. Снова кошмарный сон. Уткнувшись лицом ему в грудь, она слышала биение его сердца. Придя в себя, она увидела, что они стоят на лестнице, у чугунных перил. Лили вскрикнула: значит, она бродила во сне!
Алекс запрокинул ей голову и произнес почти без выражения:
– Я проснулся. Тебя рядом не было. Я нашел тебя здесь. Ты чуть не сорвалась вниз. Что тебе снилось?
Это нечестно! Он задает вопросы, хотя знает, что она ничего не соображает после ночного кошмара!
– Я пыталась догнать кого-то.
– Кого?
– Не помню, – жалобно ответила она.
– Как я могу помочь тебе, если ты мне не доверяешь? Как я могу защитить тебя от призраков, как я могу избавить тебя от кошмарных снов?
– Я все тебе сказала. Я… Я не помню.
Наступило долгое молчание.
– Я никогда тебе не говорил, что ненавижу, когда мне лгут? – холодно спросил он.
Она избегала его взгляда.
– Прости.
Он должен обнять и успокоить ее, как всегда! Он должен любить ее, тогда она забудет обо всем, кроме его горячих прикосновений.
– Алекс, пойдем спать, пожалуйста.
С холодной учтивостью он отступил.
– Иди. Я приду позднее. Удивленная его отказом, она неуверенно спросила:
– А что ты будешь делать?
– Почитаю. Выпью. Найду себе занятие.
Не оборачиваясь, он пошел вниз.
Лили побрела в спальню в одиночестве. Она чувствовала себя виноватой и в то же время злилась на него. Ему не нравится, когда лгут, а ей не нравится спать одной!
Холодок в их отношениях сохранился и на следующее утро. Лили взяла с собой грума и отправилась на утреннюю верховую прогулку без него. После прогулки она занялась письмами. Это была неприятная для нее обязанность. Лили пришлось разбирать целый ворох визитных карточек с указанием приемных дней, в которые ее любезно ожидали в гости, а также множество карточек с вежливыми просьбами сообщить ее приемные дни. Пришло множество приглашений на балы, обеды, музыкальные вечера, охоты и скачки. Лили растерялась. Как она может планировать будущее, в котором, возможно, не будет для нее места? Соблазнительно, конечно, тешить себя надеждой, что Алекс всегда будет с ней, но она не должна забывать, что однажды всему этому настанет конец.
Отложив приглашения, Лили пролистала бумаги Алекса. Он набросал несколько писем, прежде чем отправиться на заседание, посвященное парламентским реформам. С улыбкой смотрела она на решительный крупный размашистый почерк. Рассеянно Алекс писал управляющему одного из поместий, что вводит новую систему оплаты аренды, более выгодную для арендаторов, и что готов за свой счет починить ограды и вырыть сточные канавы. Лили задумчиво положила письмо и разгладила его на столе. И в этом Алекс честен и благороден, в отличие от большинства землевладельцев, чья жадность вошла в легенду.