– Эдвард Коллинз,
Транспортная компания «Алдешот След»
Все, что ей следовало делать до этого момента, – продолжать строить из себя целителя. По вчерашнему осмотру она могла сказать, что состояние Хэла критическое. Она должна вылечить самые опасные симптомы, прежде чем перевести его в другую комнату, не говоря уже о том, чтобы ехать через всю страну в снежную бурю.
«Всего четырнадцать дней, – напомнила она себе. – Ты сможешь сделать все что угодно за эти четырнадцать дней». Даже солгать самому влиятельному человеку в Керносе и вылечить самого разыскиваемого человека в Дану.
Рен вздрогнула от внезапного укола в руках. В раковине плескалась розовая от крови вода. Холодный воздух прошлой ночью высушил ее кожу, и она была так рассеянна, когда мыла руки, что, должно быть, натерла их до крови. Она закрыла кран. Кровь скользкой струйкой стекала с кончика ее пальца, затем с глухим шлепком упала в белую как кость раковину.
Как раз в этот момент чей-то стон – далекий, почти приглушенный – заставил мурашки пробежать по коже. «Что это было?» В звуке слышалась крайняя степень отчаяния.
Поспешно залечив ссадины на руках, Рен выскользнула из туалета в коридор. Из комнат не доносилось ни звука, кроме до боли знакомого тиканья часов. Воздух кипел от возмущения.
«Это место принадлежит живым, и оно больше не ваше», – подумала она.
Нет, она не будет поддаваться панике из-за такой чепухи. Привидений не существует. Она просто слышала стон дома, когда он раскачивался на ветру, а бессонница добила ее и без того расшатанные нервы. И все же не помешало бы осмотреть ее новый дом. Ради научного исследования, конечно же.
В коридоре, где располагались ее комната и комната Хэла, было еще множество дверей. Все, что она пыталась открыть, были заперты, кроме последней. Сначала и эта дверь сопротивлялась, но, когда она надавила на нее всем весом, замок со скрипом поддался, и дверь приоткрылась на дюйм. На мгновение Рен заколебалась, прижав ладонь к лакированному дереву. Она не могла вот так просто вторгнуться в частную жизнь своего работодателя. Но дверь открылась перед ней, словно приглашая войти. Так она и поступила. Холодный сквозняк прошелестел по ее коже, как вздох облегчения.
Пыль кружилась в молочном потоке солнечного света. Он блестел на стеклянных витринах и тусклом металле, заставляя ее моргать, пока глаза не привыкли. Когда темные пятна перед глазами исчезли, Рен обнаружила, что находится в настоящем музее антикварных вещей. На деревянных стендах лежала целая коллекция предметов: клинки с замысловатым рисунком от сварки и элегантными серебряными узлами, пули с выгравированными гильзами. В углу висела старая данийская военная форма эпохи Мариан, почти двухвековой давности, пальто с длинными черными рукавами, на которых серебряной нитью были вышиты фазы Луны. Табличка рядом с ним гласила: «ШИНЕЛЬ ГЕНЕРАЛА АХЕРН, КОТОРУЮ ОНА НОСИЛА, КОГДА ВЕЛА СВОИ ВОЙСКА К ПОБЕДЕ В БИТВЕ ПРИ ГРЕЙНЕ (1663)».
Но самым странным был портрет, висящий на одной из стен, обрамленный окнами. Она подошла к тяжелой, отделанной золотом раме и, прищурившись, посмотрела на знакомое лицо мальчика.
Это был портрет молодого Лоури, одетого в красное шерстяное пальто и задумчиво смотрящего вдаль. Блестящий аксельбант обвился вокруг его плеча, как змея, а рука сжимала рукоять сабли. Несмотря на огонек в его глазах и развевающиеся на ветру темные кудри, он выглядел…
Что ж, он выглядел как солдат.
Зачем ему все эти реликвии? Тщательный подбор экспонатов и обширность коллекции указывали на одержимость, которую сама Рен испытывала только тогда, когда была вовлечена в исследования. Но насколько она знала, он никогда не служил в вооруженных силах Керноса. А даже если и служил, Рен была уверена, что солдат в этой стране было немногим больше, чем исследователей боеприпасов.
– Я вижу, вы нашли мой небольшой музей.
Рен вздрогнула и медленно повернулась на звук мягкого смешка. Лоури стоял в дверном проеме, одетый в жилет из золотой парчи и темно-бордовый галстук. При виде шелка, блестящего на его шее, она вспомнила о своей крови в раковине. Его сверкнувшие в полумраке глаза остановились на ней. Тяжелый взгляд, глаза, лишенные всякого веселья, казалось, могли пронзить ее насквозь.
– Милорд, – заикаясь, сказала Рен. – Я не ожидала увидеть вас здесь.
– Я закончил работу раньше, чем планировал, поэтому пришел за вами, – ответил Лоури. – И вот вы здесь, на кладбище моего детства.
– Прошу, простите мое вторжение. Мне… стыдно, что подобное происходит уже во второй раз.