Но это было не кино. Полицейские, улыбаясь, откланялись.
— Спасибо вам, — сказал им на прощанье Брейди, закрыл дверь и повернулся к сыну: — Это было классно! Ты такой потрясающий ак…
Но вместо широкой улыбки, которую он ожидал увидеть, лицо его сына исказила гримаса горечи и страха. Губы у Зака задрожали, из глаз потекли слезы. Он всхлипнул и бросился к отцу. Брейди опустился на колени, и руки Зака сомкнулись у него на шее. Сын прижался к его груди так, словно хотел зарыться в него и спрятаться от ужасов этого мира. Брейди крепко обнял его. Он понимал, что кровоточащая рука сильно перепачкает пижамку Зака, но ему было все равно. Он потерся лицом о волосы Зака — они пахли шампунем и подвальной пылью.
— Зак. Зак, все хорошо, — повторял он. — С нами все в порядке. Я сделаю все, чтобы с тобой такого никогда больше не повторилось, — тут он вдруг осознал, чего больше всего боится сын, и добавил: — Я постараюсь, чтобы и со мной тоже ничего не случилось.
Он еще долго обнимал и успокаивал Зака. Когда тот выплакался, Брейди отстранил его, чтобы заглянуть в сыну лицо, и сказал:
— Я отвезу тебя к дяде Курту и тете Кари.
— Нет, — покачал головой Зак и снова заплакал. Четыре года назад Курт и Кари Оукли переехали в Уилмингтон, штат Делавэр. Туда от Гаррисонвилля было два с половиной часа езды на автомобиле. Брейди полностью доверял этой семье. Зак будет в безопасности, и ему там понравится. Шансов, что кто-то, даже в ФБР, знает о них, было очень немного.
— Зак, я должен этим заняться. Надо раз и навсегда избавиться от того, кто на нас напал. Ты понимаешь меня?
— Давай вместе поживем у дяди Курта, — шмыгнув носом, предложил Зак. — Там нас никто не найдет.
— Сынок, я бы с удовольствием. Но в этом мире есть чудовища, которые не исчезают от того, что мы от них прячемся. Надо выйти и встретиться с ними лицом к лицу.
— Как Давид и Голиаф, — произнес Зак, но так тихо, что становилось понятно: он не хочет, чтобы его отец был Давидом. Он хотел, чтобы отец остался с ним.
— Примерно.
Они долго молча глядели друг другу в лицо. Говорить что-то еще не имело смысла. Потом снова крепко обнялись.
— Ну, ступай собери какую-нибудь одежду и зубную щетку в свою спортивную сумку, — сказал Брейди, тоном давая понять: «Давай, пора. Это нужно сделать немедленно».
Зак, кажется, успел прийти в себя. Он начал подниматься по ступенькам, но вдруг остановился и бросился обратно.
— Что случилось? Куда ты? — перехватил его Брейди.
— Коко! — почти закричал Зак.
— Зак! Иди собирай вещи. Я сам его поищу.
Брейди захватил пистолет из тайника на кухне и включил свет на заднем дворе. Он помнил, как песик завизжал — и как внезапно оборвался его визг. Брейди вышел из дома на мощеную площадку с садовым столом. В их районе возле каждого дома имелся солидный земельный участок, большая часть которого приходилась на задний двор. Есть где поиграть детям. Именно поэтому Карен его и выбрала, хотя для их семьи такое жилье было дороговато. Брейди посмотрел в сторону дальнего забора, которого было не видно из-за деревьев. Ему совсем не хотелось идти туда одному, без прикрытия. Держась лицом к той стороне, он двинулся боком вдоль задней стены дома, время от времени негромко окликая Коко. Так он дошел до бокового забора и хотел добраться тем же маршрутом до противоположной стороны двора, как вдруг его внимание привлек непонятный влажный блеск. Листья кустарника были измазаны чем-то темным и жидким. Брейди коснулся листьев пальцами и выставил руку на свет. Красное… кровь. Он опустился на четвереньки и всмотрелся в темноту под ветвями.
— Коко? — прошептал он.
Брейди залез под куст и застыл, различив в темноте светлую шерсть лежавшего на земле песика. Она не шевелилась. Брейди протянул здоровую руку и слегка пошевелил Коко. Тот не подавал признаков жизни. Брейди хотел обхватить его тельце рукой и вытащить из кустов, но угодил пальцами в какое-то теплое и влажное месиво. При этом раздался такой звук, словно он наступил в грязь. Брейди отдернул руку — она была вся в крови, кроме того, на нее налипли комочки земли и опавшие листья. Брейди непроизвольно судорожно выдохнул и практически так же судорожно и непроизвольно принялся вытирать руку о траву. Потом еще раз посмотрел на комок шерсти в траве.
— Прости, богатырь, — прошептал он.
Обернувшись, он посмотрел на окно комнаты Зака, располагавшееся на втором этаже прямо над ним. Окно было зашторено. Поразмыслив секунду, Брейди решил сказать сыну, что Коко не нашел. Зака, конечно, трудно будет убедить уехать, бросив песика здесь. Но ничего, можно пообещать, что соседи его поищут, найдут и присмотрят за Коко несколько дней.